Взгляд в темноту

– недоверчиво переспросила Али. С некоторых пор пребывание в библиотеках в компании представителей мужского пола не казалось ей безопасным способом провести время. – Я подумаю.

Наверняка Гидеон Ли не привык к отказам. На его лице отразилось такое непритворное изумление, что Алите снова стало почти смешно. Она потянулась к бокалу с прохладной водой и жадно сделала глоток. Но, как выяснилось, разговор не остался незамеченным. И владелец замка, и князь Виратпура смотрели в её сторону, только выражение их глаз было разным.

Али столкнулась взглядом с альдом Торнбраном и до боли закусила губу. Он изучал её так же, как и остальных, точно она являлась редкостной бабочкой – одним из пришпиленных на булавку экземпляров в его энтомологической коллекции.

Что же касалось Рохана Чаудхари, тот будто находил удовольствие в том, чтобы смотреть на неё. Это было непривычно и отчего-то тревожило. Алита отвела глаза. Как раз подавали десерт, столовую наполнил сладкий аромат корицы, яблок и вишнёвого ликёра.

Сайлас Торнбран удовлетворённо улыбнулся, наблюдая за тем, с каким восхищением принимают очередную перемену блюд сидящие за столом гости.

- Кажется, вы не сладкоежка, - шепнул Алите Гидеон Ли. Его горячее дыхание, пахнущее белым вином, щекотно коснулось её уха. – Поразительно равнодушны к появлению десерта. А вот я в детстве не мог заснуть без того, чтобы не стащить из кладовой миндальное печенье. Наутро вся постель оказывалась в крошках.

- Не думаю, что вас хвалили за подобное поведение, - заметила она.

- Меня некому было ругать, - хмыкнул он. – Отведайте немного пудинга, иначе он на вас обидится. Уверен, вы найдёте его вкус просто великолепным.

- Хорошо, - без особой охоты согласилась Алита.

- Жаль, что вы не пробовали сладостей моей страны, - не сводя с неё чёрных глаз, проговорил князь Чаудхари. – Их вкус изыскан, а запах кружит голову. После них любые другие кажутся безвкусными.

- Ну-ну, не стоит огорчать моего повара! – провозгласил владелец замка, вмешиваясь в разговор.

После ужина Алита улизнула из столовой под предлогом того, что устала с дороги. На сей раз найти обратный путь в отведённую ей комнату удалось без посторонней помощи. Али заперла дверь, переоделась, сбросив красивое, но не слишком удобное платье, в котором выходила к ужину, и, расположившись на кровати, пристроила на коленях толстую папку, полученную от альда Торнбрана.

Открывать её было страшновато.