Любовь и вороны - 2. Тридцать три несчастья и немного везения

Ваша жена рассказала мне о том, как ловко ей вручили блокнот с записями, прежде принадлежащий Гастону. Я более чем уверен, что он был зачарован должным образом. В вашем жилище, виер, умеет колдовать только Алекса. При первом же применении любых чар призрак должен был пробудиться от многовековой спячки. По воле слепого случая вышло так, что это совпало с изготовлением воистину проклятого эликсира, пятна от которого ничем нельзя вывести с одежды. Но если Алекса вместо этого посвятила бы прошлый вечер изготовлению амулетов — то итог оказался бы точно таким же.

— Понятия не имею, — буркнул Дариан.

Выглядел он сейчас настолько ошеломленный, что я невольно улыбнулась. Правда, тут же посерьезнела, напомнив себе, что особых причин для веселья у меня нет. Даже более того — плакать пора! По всему выходит, что кто-то всерьез задумал меня убить. Но кому я успела перейти дорогу?

— Барон Гастон Гальер очень не любил женщин, — пояснил Норберг. — Всех женщин, но особенно молодых и симпатичных.

Я невольно кивнула, подтверждая его слова. Действительно, пару раз Сесилия в моем присутствии горячо призывала этого самого барона в кошмары нерадивых разносчиков из всевозможных лавок, доставляющих нам продовольствие.

Значит, вот оно как. Н-да, даже не знаю, стоит ли гордиться знакомством со столь известной исторической личностью.

— Кто бы ни подсунул этот блокнот Алексе, он точно знал, что именно на ее голову в первую очередь падет гнев барона Гастона, — со зловещим смешком завершил Норберг. — Она бы пробудила призрак от многовековой спячки, и она бы погибла первой. Возможно, пострадала бы еще Сесилия. А вот вам, виер Дариан, было бы совершенно нечего опасаться. Вы мужчина. К тому же не обладаете и зачатками магического дара.

Я вспомнила о бокале с вином, который все это время держала в руках. Поднесла его ко рту, но мои пальцы так сильно тряслись после услышанного, что я едва не расплескала все содержимое на платье. Сделала глубокий глоток и зажмурилась, силясь осмыслить услышанное.

Меня пытаются убить. Каким-то чудом и благодаря неслыханной удаче я пережила уже два покушения. Но, по всей видимости, неизвестный злодей на этом не успокоится.