Любовь и вороны - 2. Тридцать три несчастья и немного везения

Но с ужасом почувствовала, что не могу сделать и шага к своему супругу. От мысли, что надо прикоснуться к нему, мои внутренности словно смерзлись в один ком. Нет, не могу — и все!

Увы, Дариан все понял без слов. Он горько усмехнулся, обошел меня, стараясь не пересекать невидимой грани, за пределами которой я была готова мириться с его присутствием, и покинул кабинет, напоследок обронив:

— Алекса, я понятия не имею, что это за призрак и откуда он тут взялся. Ты натворила — ты и убирай.

И вышел, осторожно прикрыв за собой дверь.

Я была бы рада дать волю эмоциям и разрыдаться, но меня сдерживало присутствие Норберга, который все так же стоял чуть в стороне и со сдержанным интересом изучал содержимое книжных шкафов. Нет, все-таки, какой он нехороший человек! Мог бы и выйти из кабинета. Неужели не понимает, что его присутствие сейчас, мягко говоря, неуместно.

— Сдается, в вашей счастливой семейной жизни, виера Алекса, назревают первые серьезные проблемы, — в этот момент проговорил он и повернулся ко мне.

Я вспыхнула от возмущения, готовая увидеть на его лице насмешку. Но он выглядел на удивление серьезным. Более того, в его глазах светилось нечто вроде… сочувствия?

Я тряхнула головой. Алекса, не забывай, что Норберг — прекрасный лицедей. Он может заставить меня поверить во что угодно. Мы никогда не были друзьями. И его мнимая поддержка может обернуться западней и новым принуждением к ненавистному для тебя сотрудничеству.

— Так вы все-таки целовали тот злосчастный портрет? — поинтересовался он, и на его губах мелькнула тень улыбки.

— Позвольте откровенность. Ваш супруг прав, оправдание получилось так себе. Какая разница, что за медальон был изображен на груди этого мускулистого самца, если это целиком и полностью выдумка художника? Вряд ли бы столь искусный артефактник, как вы, всерьез заинтересовались бы подобным. Если, конечно, речь шла не об историческом документе.

— Сия дочь порока лобзала портрет неоднократно! — опять непрошенно влез в разговор докучливый призрак.

Ох, откуда же он взялся на мою голову! Невольно поверишь, что боги послали мне этот дух в наказание за какие-то неведомые прегрешения.

Норберг насмешливо изогнул бровь, глядя мне прямо в глаза.

— Ну да, да, позволила себе немного лишнего, — неохотно проговорила я. — Сама не понимаю, как это получилось. Но он был таким… таким…

И я сгоряча сплюнула прямо на пол, все равно тот был безнадежно испорчен потеками зеленой вязкой жидкости.