Мастер ядов

— Подожди минутку, не вставай, — суетился парень, — я сейчас вернусь, — и он вылетел из комнаты.

Артур и не смог бы сейчас встать, его лихорадило. Он уставился в потолок и постарался отрешиться от всех эмоций. Сейчас ему нужна холодная голова, как можно быстрее нужно понять где он и что происходит. Слова “учитель” выбили почву из-под ног. Но у него не доставало времени. Черная фигура вихрем пронеслась по комнате и склонилась над ним.

В серых глазах цвета стали плясали тёмные вихри, выдавая беспокойство хозяйки, но Артур видел ненавистные глаза той, что предала его.

— Как ты себя чувствуешь? — тихий голос, как всегда, без капельки тепла или иных эмоций прошёлся, как песком, по коже парня, заставляя все волоски встать дыбом.

Он сейчас сам себе казался псом, видит перед собой врага, шерсть угрожающе вздыбилась, но нападать не спешит.

— Ты знаешь что произошло на тропе? — последовал новый вопрос, хотя Ар и на прошлый не ответил.

Серые глаза изучающе смотрели на него, ожидая ответа. Рука мастера ядов, зависшая в нескольких миллиметрах от груди ученика, поднялась вверх, сбрасывая с себя остатки силы.

— Артур, ты знаешь кто ты? Кто я и где мы? — задала новый вопрос Габи, начиная всерьёз переживать за мальчишку.

Он хотел выкрикнуть: “Ты тварь!” — но слова застряли в горле и не хотели выходить.

— Учитель? — смог прошептать он, вспомнив слова Натана.

Габи украдкой вздохнула, ученик просто дезориентирован, ничего страшного в этом нет.

— Ты потерял сознание, но мы не смогли понять причину, — разогнулась девушка, подходя к столику и заваривая укрепляющую настойку.

— А где мы? — спросил Артур, вместо желаемого: “Какой сейчас год?”

Входная дверь скрипнула, и в комнату ворвалась Атика, смотря на парня своими большими глазами, в которых стояли слезы.

— Ати, — позвала мастер замершую на пороге девушку, — проследи чтобы он выпил настой, — она показала на маленький чайничек для заварки. — Да и вам с Натаном не помешает, а то довели себя дежурствами у постели.

Габриэла глянула на растерянного парня, счастливую, но чуть неплачущую девушку и поспешила уйти. В этой комнате она чувствовала себя лишней.