Месть Анны-Луизы

– Да, просто организаторы напутали с табличками к моим картинам, пришлось в срочном порядке исправлять.

– Сам, что ли, перевешивал?

– Нет, следил, чтобы опять не повесили ошибочно. Они в упор не могли отличить «апельсиновое дерево» от «солнечного утра».

– Вот недоумки, и где их глаза были? Ведь там, где желто-оранжевые круги – это дерево, а там, где красно-оранжевые – утро, – деланно возмутилась я и тихо добавила, отпив немного сока. – Ну подумаешь, если их рядом поставить, один цвет выходит.

– Это разные цвета и разные картины, – возразил Нейт, ревностно отстаивая свою точку видения.

– Ты – художник, тебе видней. А я вообще дальтоник, мне всё фиолетово, – ловко ушла от ответственности и от друга к следующей картине.

Зная Нейтена, он мог пуститься в чтение лекций «да как ты не понимаешь...», по окончанию которой я так ничего и не пойму. Но он всё-таки смог увести меня поближе к своим картинам. Нейт встал спиной к своим полотнам, обхватив одной рукой грудь, а вторую пытаясь сожрать, начиная с ногтей.

– Они ушли? Что они говорят? Они выглядят заинтересованными? – сыпал он вопросами, нервно бросая взгляды куда угодно, только не в сторону своих любимых детищ.

– Да чего ты так нервничаешь, словно опять в колледже на дне открытых дверей участвуешь? – припомнила я ему самую первую его значимую выставку.

– Потому что, если никому не понравятся мои работы, их никто не купит. Потраченное время и вложенные силы были зря.

– А как же та, – я щёлкнула несколько раз пальцами, пытаясь выудить из памяти имя женщины, что была в восторге от любой неправдоподобной мазни Нейтена, и всегда была рада помочь пристроить их достойным людям – ценителям искусства, как говорила она.

– Саша? Не хочу опять к ней обращаться. Она с меня такой процент берет, что мне хватает только на новые материалы для следующих картин.

Не стала спорить и нагнетать обстановку, но воспользовавшись тем, что мой стакан давно опустел и был отобран одним внимательным официантом, отправилась в дальнее помещение галереи.

Неожиданно ощутив чью-то ладонь, что сжалась выше моего локтя, оглянулась, решив, что Нейт вздумал остановить меня.

– Я за со... – оставшаяся часть слова исчезла, уступив место оглушительной пустоте.