В тени кукловода

— Полагаю, вы осведомлены о всех опасностях ментального сканирования, — сухо сказал он. — Не сопротивляйтесь, Доминика. Ради вашего же блага.

— А еще я прекрасно осведомлена о том, что это незаконно, — все-таки не удержалась я от резонного напоминания.

— Когда на кону стоит жизнь моего сына, мне становится плевать на законы, — честно ответил Вашарий.

В следующий миг его глаза полыхнули огнем, и я ощутила, как чужая воля берет власть над моим разумом.

Первым моим неосознанным порывом было создать щит. Но я удержалась от этого.

Это было… не больно. Но очень неприятно. Я прекрасно осознавала, что Вашарий сейчас медленно и вдумчиво перебирает в моей памяти события последних часов. И даже страстная постельная сцена, произошедшая между мной и Луциусом, не укроется от его внимания. Однако помешать этому я при всем своем желании не могла.

«Ирония судьбы, не иначе, — промелькнуло грустное в голове. — Ты так не хотела, чтобы Вериаш стал этому свидетелем.

Наконец, все закончилось. Вашарий вдруг резко убрал свою руку, и я с мученическим стоном сгорбилась на стуле. Принялась массировать виски, которые после сканирования заломило.

Вашарий продолжал стоять около меня, но я боялась посмотреть на него. Ох, как неловко-то! Я никогда не считала себя ханжой, более того, многие бы сочли мое поведение и образ жизни даже разгульным. Но всему есть предел. Однажды я уже выложила Вашарию всю правду о наших с Луциусом отношениях.

Пауза затягивалась. И, набравшись решимости, я украдкой посмотрела на Вашария. Изумленно вскинула бровь.

По всей видимости, он вообще забыл о моем существовании. Вашарий Дахкаш стоял, напряженно выпрямившись во весь свой немаленький рост и сцепив за спиной руки. Его отсутствующий взгляд был устремлен куда-то поверх моей головы. Губы сжаты так плотно, что превратились в две тонкие бескровные линии.

— Киота жива? — внезапно проговорил он так тихо, что мне пришлось напрячь весь свой слух, лишь бы разобрать его слова. — Немыслимо! Этого просто не может быть!

И такая боль прозвучала в его голосе, что мне невольно стало не по себе. Да, уверена, что Вашарий действительно очень любил свою жену. Более того, продолжает любить ее и поныне. Луциус поистине вытащил козырь из рукава, раз сумел отыскать ее.

«Если сумел, — исправила я сама себя.