Демоны на привязи

Дальше шли такие подробности про житие-бытие семьи, что бедная прабабка-покойница в гробу бы перевернулась от стыда за своих детей, внуков, а особенно распустившихся вконец правнуков.

Капра ещё раз просмотрел список имён. Основных «подозреваемых» было три: Анна Барановская, Борис Бутромеев и Арина Воробьёва. Но нельзя было исключать и остальных, потому как веры словам этих подслеповатых старых сплетниц было ни на грош. Как же демон сейчас сожалел, что его ресурсы и возможности по поиску ограничены! Он должен быть предельно осторожным, чтобы Канис не смогла ничего ему предъявить.

Дальше путь Второго лежал в Москву. С утра у него будут адреса, и он посетит потенциальных Избранных в алфавитном порядке. Но сперва Капра собирался навестить сестрицу Экву. Данная местность числилась за Третьей, и стоило соблюсти демонический этикет, уведомив о своём присутствии.

Демоны никогда не вели территориальных войн: конфликт отнял бы кучу энергии. Земля слишком обширна, а возможности контроля за местностью ограничены.

На пике силы один из Двенадцати мог покрывать своим «вниманием» круг радиусом до ста километров, но обычно «присматривали» намного более скромные площади — в десять-пятнадцать километров.

Считалось хорошим тоном сообщать о своём присутствии на землях другого демона, особенно если тот основательно и давно обосновался, как было в случае с Эквой.

***

Капра остановился у барной стойки и вгляделся в толпу: он чуял близкое присутствие других демонов. Это чувство было сродни искажению гравитационных волн около сверхмассивных объектов — находясь в непосредственной близости, они явственно ощущали друг друга.

Вместо сил притяжения были эфирные нити — незримые тонкие струны, пронзающие всё пространство и подвластные в полной мере лишь демонам. Другая нечисть, обитатели тонкого мира, также могли пользоваться магией нитей, но использовать и управлять — совершенно разные вещи.

— Здравствуй, младший брат. Рад видеть тебя освободившимся раньше срока. — Козёл произнёс это не повышая голоса, прекрасно зная, что приближающийся к нему сквозь толпу Змей услышит.

Загоревшиеся жёлтым глаза встретились с такими же огненными.

— Я давно уже вырос, Секундус. И не забыл, из-за кого попал в заточение.

— Это была честная игра. И я предупреждал об опасности. — Капра едва заметно усмехнулся, а потом добавил с сожалением: — Мне было нужно ожерелье, а не твоё прозябание в лабиринте.

— Что ж ты тогда сам за ним не отправился, если оно было тебе так нужно?

— Не мог.