Металлика. Металлический ключ

Сколько их ходит по альянсу…

— Надеюсь, на этом наше знакомство закончится, — я отогнала от себя мысли, которые дурманили голову. Он не был другом, скорее опасным знакомым.

— Не так быстро, Катрина, — ухмыльнулся парень, и это было завораживающе. – Я же сказал, что лишь хочу кое—что выяснить.

— Я не желаю участвовать в твоих экспериментах, и если будет нужно, прыгну в море.

— Не сомневался, что ты станешь сопротивляться. Храбрая принцесса, — он сверкнул глазами и тут же схватил меня за запястье, дернув на себя.

Я задохнулась от гнева и другой рукой приставила кинжал к его горлу.

— Не смей прикасаться ко мне, — процедила я, но он не разжал руки. Я снова почувствовала его аромат. Бастиан, кажется, совсем не смущался лезвия у горла. А я сомневалась, что смогу убить его.

— Разве ты не чувствуешь? – прошептал он. Вблизи его глаза переливались всеми оттенками фиолетового.…Хватит уже глазеть на него!

— Я не… — хотело было возразить, а потом замерла. Легкое покалывание разлилось по моему телу, мне показалось, что все вокруг заволокла легкая дымка.

Что это?

— О да, я не ошибся… — восторженно выдохнул парень. Одним ловким движением он отбросил мою руку с кинжалом, и впился в губы. От неожиданности я провалилась в бездну, не понимая, что происходит. Губы были чуть приоткрыты, и это позволило ему углубить поцелуй, а я не понимала, что делаю. И этот короткий миг сладости и бури мне нравился.…Наконец, мне удалось совладать с собой, и я резко оттолкнула его, при этом влепив звонкую пощечину.

Я все еще ощущала мороз на своих губах. Этот мерзавец посмел меня поцеловать! Я ужаснулась этой мысли, кажется, мои глаза наполнились гневом, отчего парень отступил. Сам он пребывал, в каком—то диком шоке, а от моего удара остался красный след.

— Запомни это ощущение, мы будем повторять это очень много раз, — он довольно улыбнулся. Я, было, бросилась на него, но ледяной поток сковал мое тело и унес подальше от скалы и фиалковых глаз. В моей груди полыхал гнев, разрушающий и всепоглощающий.

Никто не смел ко мне прикасаться, я настолько расслабилась, что позволила ему поцеловать себя. Мой первый поцелуй украл этот подонок.

С ужасом я почувствовала себя опустошенной и слабой, пальцы колол холод, а дуб безмятежно нависал надо мной. Вместе со слабостью пришло умиротворение. Я не могла злиться на этого дьявола. В голове крутилось его имя, и я была обязана узнать кто он такой и зачем ему я.