Золотая шпора, или Путь Мариуса

О, было на что посмотреть! Шпора, незаметная для стражников, но видимая для своих, мелькала молнией, стремительно переходя из руки в руку Пфайфера, пропадала в его широких рукавах, вновь появлялась на свет божий и вновь исчезала в бесчисленных складках одежды.

– Чистая работа! – удовлетворенно констатировал Уго, когда ловкач Пфайфер, улыбаясь во все лицо и раскланиваясь во все стороны, двинулся по мосту. Наконец, его многоцветный кафтан скрылся за горбом Санахского моста. Убедившись, что крайне неудобоисполнимая миссия выполнена, Уго облегченно вздохнул.

Без особых помех проникли в город трое селян из Черных Холмов. Что взять с вшивых лапотников? Тем не менее, их тщательно и с некоторым сладострастием обшарили красные потные лапы караульных.

– Куда следуем? – сдвинув брови, спросил пузатый начальник стражи.

– К торговцу пива – толковать насчет поставок, – без запинки выложил Уго и по-свойски подмигнул. – Без товара нет навара.

– Ну, дуйте к своей пивной бочке! – напутствовал селян начальник под хохот подчиненных.

За мостом их ждал актер, который, к удивлению Расмуса, никуда не делся, не убежал с золотой шпорой (и все-таки: химера ли честность, господа?). Мариус принял шпору, а тем временем шестеро товарищей по приключению присоединились к нашим героям – и компания под руководством Уго вторглась в город.

Часть населения Рениги считала Реккель красивейшим городом королевства. Уго явно относился к этой части. Стоило ему увидеть остроконечные башни старой городской стены, как радостно заблестели его всегда спокойные черные глаза.

Кавалькада из десяти верховых плавно двигалась по Кленовой улице. Жуя свою вечную жвачку, Уго объяснял, что сие есть одна из первоначальных улиц Реккеля, и чем она замечательна, так это тем, что действительно обсажена первосортными кленами, которые двумя зелеными стенами высятся по обе стороны дороги. По словам Уго, о породе здешних кленов аборигены заботятся, как о невинности своих дочерей. Так что и сегодня здесь возможно наблюдать такие же чудесные деревья, какие росли тысячу лет назад, еще до прихода ренов.

Поведение Уго свидетельствовало, что в Реккеле его знает каждый камень. С особой теплотой, присущей блудным сыновьям, он смотрел на проплывавшие мимо дома, все выкрашенные в неудачный бледно-зеленый цвет. Со смаком вдыхал Уго воздух, наполненный острой свежестью невидимого, но близкого Кельрона, терпким ароматом пряностей и непобедимым рыбным духом.

Уго любил Реккель.