Дар лунной богини. Попаданка в переделке

Потому что – сколько можно терпеть? Вечная сдержанность в проявлении чувств не довела меня до безоблачной жизни. Скорее, наоборот, в новый мир я попала в весьма и весьма плачевном состоянии.

Эмоциональном, имеется в виду.

Любопытно, брови моего собеседника действительно поползли вверх или мне чудится их явственный скрип? Мужчина очень удивился нападению (пускай словесному) от беззащитной слепой.

– Верно я сказал. Вы отважная девушка, лаира Тайлин. Жаль.

Чего ему жаль, естественно, не уточнил. И зачем, спрашивается, вообще затеял этот разговор?

Злюсь ещё сильнее, но уже молча.

Меж тем мы минули несколько лестниц, которые вели исключительно вниз.

В голову скопом, без очереди лезли пугающие мысли, одна другой страшнее, и, стремясь абстрагироваться от них, я сосредоточилась на том, чтобы запомнить дорогу. Потом можно будет воссоздать карту замка. Или дворца?

Усердно скрипела мозгами, но добилась я только того, что от перенапряжения затрещала голова.

— А по-моему, она просто глупая, как курица, — вдруг послышался совсем рядом звонкий мальчишеский голосок.

От неожиданности я так испугалась, что чуть не отдала концы.

— Когда в загоне режут куриц и баранов, у них такие же глаза. Вспомни, как они таращатся на мясника Гринлифа. Во-от! Эта так же смотрит.

– Так слепая же! Поэтому смотрит в одну точку. Она притворяется глупой, а на алтаре ка-а-ак задаст! — вступил в разговор ещё один мальчик, кажется, помладше.

– Да что ты понимаешь!

– Да не меньше тебя!

Я завертела головой, потому что голоса начали хаотично и очень быстро перемещаться по залу, будто их владельцы стали носиться друг за другом с огромной скоростью, и Дариас недовольно проворчал:

– Что, всё-таки подёргаться приспичило?

– Не-ет, — недоумённо ответила, — а вы ничего не слышите?

– Она нас слышит! — воскликнули в унисон оба мальчишки, — вот это да!

И стало очень тихо.

– Что я должен слышать?

– Ничего. Показалось, наверное.

– Слуховые галлюцинации при слепоте – это бывает, – «успокоил» Дариас, а через несколько минут сообщил:

– Мы пришли, входите.

В этом помещении воздух был густым, до отказа наполненным ароматами пряностей и зажжённых свечей. Где-то слева потрескивали горящие поленья, и ноги теперь ступали не по деревянному паркету, а по гулким камням.

Мне почудился лёгкий порыв ветра, и сразу же раздался знакомый бархатный голос:

– Давай её сразу сюда. Время не терпит. Полнолуние через пять минут.