Дар лунной богини. Попаданка в переделке

В другое время я бы с интересом подискутировала на эту тему и даже посмеялась, но не сейчас. Когда на кону стояла моя собственная жизнь.

Странно, но теперь Эртон не требовал расслабляться, видимо, чтобы не заводить лишних бесед.

Наконец, я просто-напросто не выдержала и спросила прямо:

— За что вы меня так ненавидите? Ведь это вы собираетесь убить меня, а не я вас.

И после мучительно долгой паузы (будто ему что-то мешало говорить) услышала гениальный ответ, сказанный до обидного равнодушным тоном:

– Лаира Тайлин, молчать у вас получается намного лучше, чем говорить.

И опустил руки-печки на глаза.

Этот сеанс прошёл тяжелее, чем другие. Было больно и досадно, что ему нет до меня никакого дела. А ведь я… Как я могла?

Дура, дура!

Почти прибежав в свою комнату – Дариас только успевал удивляться, как слепая может нестись с такой скоростью по бесконечным коридорам огромного замка, – упала на кровать и разрыдалась.

Впервые за всё время! В голос, с горестными подвываниями и всхлипываниями – точно по протоколу, как полагается в нормальной женской истерике.

Тут же появились мальчишки.

– Тайка, что случилось?

– Можешь говорить, Дариас ушёл…

– Только шёпотом, он стоит за дверью…

– Слушает, как ты плачешь.

Рыдать сразу расхотелось. Считается, что плаксунам и жалобщикам обязательно нужны зрители, ради которых, собственно, и устраивается истерический концерт. Чтобы пожалели. Погладили. Успокоили.

Я в зрителях не нуждалась, всегда предпочитала страдать в гордом одиночестве. И вот поди ж ты. Поплакать как следует, и то не дали.

– Он ушёл, – сообщил Алдан минут через пятнадцать.

Всё это время духи стойко терпели моё горестное молчание.

– Теперь говори.

– Да чего говорить? Ничего нового. Ничего не изменилось. Ваш хозяин – сволочь и тиран. И ещё убийца.

– Тайка! – хором ахнули мальчишки.

– Он вовсе не такой…

– Он хороший человек, правда!

Я подскочила и закричала вне себя:

– Хороший, да? Хороший? А я его ненавижу! Не-на-ви-жу!

А потом топнула ногой.

И… провалилась. Прямо как в той сказке, где после фразы «Чтоб мне провалиться» герой оказался в яме.

Вот только я очутилась в коридоре. Кажется, на первом этаже. Но это не точно, потому что хоть и обошла «своё» крыло несколько раз, но запомнила далеко не всё – очень уж просторным был Торрей.