Дар лунной богини. Попаданка в переделке

Именно поэтому фарронцы не сумели удержать от побега малолетнего безарца.

Глядя на мёртвое тело, Эртон вспоминал, как когда-то давно, стоя перед зеркалом, он впервые подумал о мести. В тот момент в нём что-то умерло. Что-то важное, живое. И всё это время, всю жизнь он был хладнокровным человеком, который с каждым годом становился всё холоднее и холоднее, словно поселившийся в сердце лёд продолжал вымораживать его изнутри.

Он никогда не радовался этому. А вот сейчас обрадовался. Ибо иначе его бы разорвало на части от отвращения и лютой, нечеловеческой ненависти.

Эртон успел заключить Мерлинду в стазис-шар, и в тот же день нашёл подходящее тело для принятия её чёрной души. Эта тварь должна показать, куда спрятала Щит. Без него Безару не выстоять!

Агенты, присутствующие в Фарроне, несколько дней назад сообщили, что тамошние умельцы, создали чёрный артефакт, который блокирует силу в магических каналах. Сейчас многочисленная армия не атаковала только потому, что её сдерживал невидимый заслон Щита.

Когда Эртон забирал девчонку, подходящую для вселения Мерлинды, он не обратил на неё никакого внимания. Лишь насторожила её слепота да накрепко заколоченное сердце вдруг ёкнуло странным предчувствием.

Когда её незрячие глаза помешали нормальному течению ритуала, он разозлился.

А когда Тайлин впервые показала острые зубки, начал присматриваться, что за чудо ему досталось.

Невысокая, стройненькая. С длинными шелковистыми волосами цвета золотой осенней листвы. Слепые изумрудные глаза в окружении пушистых ресниц смотрели растерянно и беспомощно. Черты лица приятные, но вовсе не красавица в общепринятом смысле. На званых балах частенько встречались более яркие и привлекательные девицы, но почему-то они не притягивали взгляд так, как эта вполне обычная девушка.

Она была… странной.

Краснела и заикалась, но настаивала на своём. Предпочитала остаться слепой, но не уронить честь и достоинство. Падала от боли, но не просила о помощи. Умудрилась войти в запертую библиотеку, а потом и в центральное крыло Торрея. Это было априори невозможно, если только… замок не принял её за свою.