Невеста повелителя морей

Продолжая вздрагивать от холода, она вернулась в свою комнату. И зачем, спрашивается, мучилась на террасе? Ведь могла слушать и отсюда, не выдавая себя отцу.

– Точно пора спать...

Завтра с утра тащиться на учебу. Девушка подошла к гардеробной, намереваясь переодеться. Но, оказавшись напротив огромного зеркала, посмотрела на свое отражение. Перекинула длинные волосы на одно плечо, и ее лицо помрачнело.

– Отказывается, значит? – снова возмутилась ведьма.

Посмел сказать, что она не подошла, будто какая-то пара обуви? Да что он знает о ней, этот Дракула?! На какой-то миг Бринн даже забыла, что сама этого желала.

– Как же все надоело... – вздохнула она и устало побрела переодеваться.

Спустя еще немного времени подошла к уютной постели, привычно в такое время года провела над ней рукой, шепча нужные слова, и забралась под одеяло. Теплое, согретое ее любимым заклинанием, оно было просто восхитительным.

И вовсе не нужно вспоминать про три предыдущих одеяла с прожженными на них дырками. И об Оливии, гонявшейся за дочерью по всему дому, с криками: «Убью, если вздумаешь тайком курить!!!» Бринн блаженно вздохнула, расслабляясь и закрывая глаза.

Глава 7

Вторник ведьминых будней начался сурово. Родители сидели за столом напротив дочери, всем своим видом выказывая молчаливое недовольство. Девушка попыталась сделать вид, что не замечает, как хмурит брови Николя и вздыхает мать. Лишь деловито хрустела гренком и допивала чай.

– Дорогая!.. – встрепенулась Оливия, словно что-то решила, но тут же умолкла, видимо, все еще подбирая слова для дочери.

– Мм? – Бринн замерла с чашкой в руке, слушая мать. – Что-то не так?

– Бри. Это пора прекращать, – вместо Оливии отозвался отец. – Девятнадцать и девять – это разные цифры. Ты как будущий экономист должна это понимать.

Девушка поставила чашку и принялась медленно крутить ее на столе, пытаясь думать спокойно.

– К чему ты это говоришь, пап? – сухо спросила она.

Николя прокашлялся в кулак и поднялся из-за стола. Бринн встала следом, осталась сидеть только Оливия, глядя с тревогой то на мужа, то на дочь.

– Пора принимать всю ответственность, Бринн. Хватит. Ты просто обязана быть серьезной, – твердо продолжил говорить отец семейства. – Я позволял тебе эти побеги к бабушке и прочее ребячество, понимая, что подобные моменты должны быть в жизни любого подростка. Но ты уже не подросток, дорогая. Уверен, что это все влияние отпрысков де Латура. Мальчишки совсем отбились от рук. И ты уподобляешься им.