Чужой жених

Гальт попятился назад, потом взял себя в руки и добавил. – Я жду только одну пассажирку. Как хоть она выглядит?

- Рыжеволосая. Молодая. Сказала едет наниматься в гувернантки.

- Ну точно. Это же Дженни!

- Как вы сказали? – В глазах потемнело. А в груди словно застучал огромный молот. Да нет! Не может быть!

- Дженифер Старлинг.

Глава 2 (01.06)

Альберт пошатнулся. Шутка судьбы.

- Эй! Вам плохо? – Гальт с нескрываемым презрением склонился к нему.

Альберт выдохнул. Наверное, он на мгновенье закрыл глаза. Это было так неожиданно и так нелепо, что казалось комедией, фарсом, сюжетом дешёвого бульварного романа.

Он резко отвернулся и заставил себя поднять голову.

- Нет. Нет. Всё хорошо. – Ответил хозяину дома. Пауза затянулась. – Ну. Я наверное пойду.

Он развернулся и неловко комкая в руках грязную шляпу зашагал прочь из гостиной. Сознавая, что выглядит нелепо, и от этого становясь ещё более неуклюжим. И ещё больше ненавидя и презирая себя. Но он терялся в этих дорогих богатых и безликих домах.

Терялся, общаясь с людьми, которые не понимали его, а он не умел говорить так, чтобы они его поняли. Да и нужно ли было?

Альберт пришёл в себя только на улице, когда уже отошёл на добрую милю от города. Значит та девушка, что лежала на его кровати в его доме – была милой рыжеволосой проказницей-сестрой Камелии. Он почти не помнил смешную девчушку. Слишком много в его воспоминаниях занимала Камелия. И вот сейчас его накрыло с головой. Мысли, воспоминания, какая-то нелепица, словно прорвало плотину.

Но тогда ведь и портрет объясняется. Правда, зачем он ей? Может быть, хранит как память? Хотя какая тут может быть память?

Он потряс головой, отгоняя непрошеные мысли. Интересно, всё же, что с ними случилось, почему ей понадобилось идти работать, гувернанткой? Сердце болело. Он хотел узнать, спросить, помочь.

И всё-таки он слишком хорошо помнил лицо Камелии. И её слова. После этого он зарёкся лезть туда, куда его не просят. Он слишком мало понимает во всех этих вещах. Да ему и не надо, наверное.

Может быть, он и дурак, как они все говорят, но гордость у него была. К тому же Дженифер и Камелия всё-таки сёстры. А представить как та, вторая, будет смеяться над ним в своей комнате, когда никто не видит и не знает, было слишком больно. Он больше не мог даже думать о таком.

Поэтому уже подходя к дому Альберт принял решение. Пока Дженифер здесь – ни он сам, ни его люди не скажут ей о том, кто хозяин этого дома. Благо видеть его она не может.