Моя босоногая леди

А за это украшение, — Кай бросил лилию девушке на колени, — на рынке в Хэйдене можно выручить отличного коня! Пусть и без драгоценных камней, но это работа риэльского мастера Унмара. Его клеймо стоит под одним из лепестков, так что не смей лгать и говорить мне, что я ошибся.

— Я не понимаю... — глядя на него расширившимися глазами, прошептала Алекс.

— Моим людям не составит труда выяснить, когда эта вещица была сделана и кем заказана, — продолжил Кай. — Они назовут мне одно имя из двух: Нейта Делмара или его сестры Мерид.

— Эй! — возмутилась Алекс. — Теперь ты намекаешь на то, что я воровка?

— Я желаю знать правду! — мрачно проговорил Вилред, нависая над ней грозовой тучей, и за окном вновь громыхнуло.

— Понятия не имею, где бабка взяла эту брошку! — таким же тоном отозвалась девушка, забывая, что находится скорее в плену этих людей, чем в гостях. — Простой подарок! Мне не нужен этот цветок! Если так хочешь передать его своему соседу, то забирай.

— Я хочу лишь одного: понять, кто ты, — пояснил Кай в этот раз негромко. — Случайная прохожая, которая пыталась спасти Хана? Или злодейка, которая, словно лесная дева рехна, морочит голову всякому путнику?

В глубине души Алекс его понимала. Где-то очень глубоко. А на поверхности было одно чувство — отчаяние. Что могло стать причиной ее ночного кошмара? Бред! Неужели все происходящее реально? Нет, это действительно какой-то невероятный сон. Но ее тело, которое не окончательно покинула боль, сопротивлялось доводам разума каждой клеточкой.

Алекс посмотрела на стоявшего перед ней светловолосого воина и попыталась выдержать его ледяной, проницательный взгляд. Эта своеобразная дуэль продолжалась довольно долго. Бун откашлялся, словно пытаясь разрядить обстановку. Они оба яростно оглянулись на него. Он еще разок ошарашенно кашлянул и затих.

— Я говорю правду! — неожиданно выкрикнула Алекс.

Ее снова трясло от избытка чувств, но она откровенно не знала, как отвечать на его вопросы.

Вилред судорожно выдохнул. Девушка была в одной сорочке, принесенной Шейной. Большему и не могла позволить прикоснуться к телу. Грубая ткань измучила бы ее. При виде ссадин, порезов и проступавших синяков он мгновенно остыл.