Кассандра. Плата за любовь

– А какая польза от моего умения все разрушать? Где оно может пригодиться? Если, как ты говоришь, мне еще жить, да жить. Обычно предпочтение отдают созерцанию, а не разрушению.

Волчица задумалась.

– Допустим. – Все же пришлось ей согласиться. – Но наверняка найдется сфера, где твои… умения станут просто незаменимыми.

– Я врач, Аэль! Ветеринар! Все, что я умею – лечить животных. И то земных. А они, поверь мне, не умеют говорить.

– Так возможность гласности, напротив, лишь поможет тебе, ежели решишь вернуться к любимому занятию.

Алекса не понимала по интонации, шутит ли самка волка, или говорит серьезно.

– У вас здесь даже кролики умеют говорить?

– Гисхильдис с тобой, Сандра! Нет, конечно! То, что ты слышишь меня, не означает, что каждое четвероногое существо в Ингиаке обладает способностями к волеизречению. Я просто попыталась разрядить обстановку. А то от твоего пыхтения может разболеться голова.

– У волков бывают мигрени?

– Нет, но я же не обычный волк. Из-за тесного соседства с тобой мое сознание постепенно меняется, становится более человечным.

– Вот только я теперь не совсем человек.

– Человек, демон, суть одна. Вы передвигаетесь на двух конечностях. И способны творить магию.

Кассандра продолжила неспешную прогулку, решив чуть углубиться в сторону леса. Раньше ей нравилось ходить по лесам в поисках грибов, да ягод. Еще до пробуждения в этом мире.

Может, стоит послушать Аэль, и попробовать себя? Все же любовь к животным никуда не делась. Как и знания, каким образом стоит помогать питомцам. Следует лишь начать, а там навыки придут.

Вылечить магическое животное… интересно, это сложно?

А вдруг она своим прикосновением разрушит Линии Сил, что поддерживают жизнь в каждом существе, обитающем в Ингиаке?

Нет-нет, нужно мыслить позитивно.

Всегда страшно там, где твои познания минимальны. Стоит лишь научиться владеть своим телом. И магией, что составляет также является неотъемлемой частью.

Вдох-выдох, перейти на магическое зрение.

Правда, что она хочет увидеть в лесу?..

Травка, деревья, кустарники. И поблескивающая паутинка, что тянулась от пенька до соседнего дерева, и дальше.

– Какие трудолюбивые здесь паучки.