Академия Арфен. Корона Эллгаров

Уже сколько времени она собиралась поговорить с леди Броган, но никак не удавалось подгадать удобный момент. Кажется, сейчас в самый раз.

— Рейн, — позвала она мужа и тихонько прибавила: — Оставь нас ненадолго.

Броган отрицательно замотал головой, глядя, как мать покинула зал, гордо поднимая голову, на которой сверкнула темными рубинами диадема.

— Тебе нет нужды говорить с нею, — сердито отозвался Рейн, — завтра мы уедем, и ты больше не увидишь эту женщину.

— Это твоя мать, и я виновата перед ней, что бы ты ни говорил, — глухо сказала Келейр.

— Ты ни в чем не виновата перед нею, да и перед кем бы то ни было! Не смей так говорить. Никогда. Ты поняла меня? — потребовал дракон и посмотрел в глаза жены. — Поняла меня?

— Да, — кивнула лиса. — Но она никогда не примет меня, верно?

— Потому что не понимает, что существуют мнения и решения, отличные от ее собственных, — фыркнул Рейн. — Ступай отдохни, я велю приготовить все к завтрашнему отъезду. Увидимся вечером. Отдыхай.

Келейр обняла мужа за шею, вынуждая наклониться к ней, и поцеловала.

— Не вздумай задерживаться, муж мой, — она хитро улыбнулась, — иначе будешь спать в сугробе.

Он не успел схватить мелкую пакостницу, та уже успела прошмыгнуть у него под рукой и добежать до дверей. И что у нее в голове творится? Разве можно так носиться? Броган упер руки в бока и покрутился на месте, оглядываясь и размышляя, как все быстрее завершить.

Лиса оказалась в коридоре, прикрыла за собою тяжелые двери и поглядела на лестницу, ведущую на верхние этажи.

Как она уже поняла, леди Броган любила подышать свежим воздухом, прохаживаясь по одной из смотровых площадок, устроенных на крыше замка. Туда девушка и решила подняться, желая в последний раз попытать счастья. Пусть и не убедить свекровь принять ее, но уезжать вот так, расставаясь едва ли не врагами, она не могла.

Чувство вины одолевало Келейр, заставляя считать себя жалкой воровкой, похитившей у этой женщины сына и лишившей ее возможности иметь хоть малейший шанс на осуществление своих надежд.

Она была лишней и в своей семье, и в этих стенах.

Видимо такова ее судьба, на вкус, словно ягоды инджи. Если сорвать их раньше, чем положено, сначала вы ощутите волшебную сладость, но стоит проглотить ее, как волной подступала к горлу жгучая горечь. Келейр проклинала длинные юбки, мешавшие толком передвигаться, и поднималась все выше. Здесь уже ощущалось мощное дуновение ветра, действительно облегчавшее дыхание. Главное, не считать ступеней и не смотреть вниз.