Мой кровный враг

Тогда бы сюда как раз чумная тварь и добралась.

Я вытянула руку, разглядывая черную сеть вен. Жуткое зрелище. Завораживающее.

— Если я уже не чумная тварь.

— Пока ты себя помнишь — ты человек.

— А это… так и останется?

— Нет. Будет как было. — Он помедлил с полмига, точно колеблясь. — Позвать священника? Вряд ли у тебя накопилось столько грехов, чтобы не успеть исповедаться до ритуала.

Я снова встретилась с ним взглядом. Нет, не издевается.

— Как часто умирают на посвящении?

— Четверо из пяти.

Я сглотнула, ребра снова перехватило ледяным обручем.

Хотя что мне терять? Если сейчас пойти на попятную, я все равно умру. Так хоть какой-то шанс…

— Мне не в чем исповедаться.

Он улыбнулся одним углом рта.

— Завидую.

Я пожала плечами. Любое решение имеет последствия. Ты сам выбрал такую жизнь. Но если уж зашла речь… одну вещь мне может рассказать только Ричард. И нужно спросить это сейчас — на случай, если я не переживу этот их ритуал.

— Как умер мой отец?

Магистр не отвел взгляда.

— В поединке.

— Ты дал ему поединок?

Он очень странно усмехнулся.

— А ты что решила? Что я пришел резать спящих, как… — магистр осекся. — Поединок. Пока мои друзья сдерживали его людей.

Вроде не врет. Да и зачем бы ему?

— Спасибо.

— Да было бы за что.

Он поднялся, подошел к все еще открытому проходу.

— Куда он ведет?

— Я еще не присягнула в верности ордену.

А если после всех обетов он потребует от меня раскрыть все тайны замка Эйдо? Всех-то я не знаю, наверняка многое ушло на тот свет вместе с родителями.

Но и того, что знаю, вполне достаточно. Например, что тайный ход в замке далеко не один… А из подвала потайная дверь ведет в настоящие катакомбы, во время войны с Ландернау отец полгода укрывал там партизанский отряд, пока в самом замке оккупанты чувствовали себя как дома.

Дед сдал им замок, сохранив земли и титул, а значит — деньги и людей. Чтобы тем временем его сын со своим отрядом язвил врагов, как мог: перехватывал обозы снабжения и мытарей, везущих в столицу собранные налоги, уничтожал патрули.

А потом, когда поднялось восстание, ударил в спину.

Дед Ричарда склониться отказался и лишился всего. Земли и титул соседей отдали моему деду — но когда поднялось восстание, он вернул их законным владельцам. Точнее, королеве-в-изгнании, которая передала их законным владельцам.

— Тогда хотя бы скажи, как его закрыть. — Голос магистра вырвал меня из воспоминаний о семейной истории. — Мало ли, прислуга решит прибраться в кабинете, пока я занят.