Археолога попрошу не обижать!

Девушка тряхнула головой, прогоняя морок, но это не помогло. Хоровое пение усиливалось и разливалось, теряясь под высокими сводами потолка.

Вдруг Рося почувствовала легкое прикосновение невидимой ладошки по щеке, как теплая волна пробежала по всему телу и так стало хорошо, спокойно и тепло, словно она здесь была не раз.

Сквозь витражное стекло окон пробивались теплые лучи закатного солнца. Его разноцветные блики раскрашивали серые колонны храма. Вдоль стен, как немые стражи, возвышались на пьедесталах статуи мужчин и женщин.

Но смолкло пение, и пятеро фигур в капюшонах неспешно подошли к одной из женских статуй. На них взирал прекрасный облик девушки, с толстой, как канат, косой.

Одна из фигур откинула капюшон, и медным золотом длинные волосы рассыпались по плечам. Жрица вознесла руки к статуи и произнесла:

-О, Великая Риссарис! Даруй твоим детям, телонам, мир и благополучие! Взываю к тебе! Мир чувствует скорую погибель! Будут забыты предки и их дары! Скоро каждый забудет свою роль в этом мире! О, Великая Риссарис! Не дай погибнуть твоим детям! Сохрани их! Сохрани их память! – на этих словах девушка опустилась на пол и согнулась в поклоне.

Вспыхнул огонь в жаровнях, на установленном алтаре и зазвучал женский голос по всему храму.

-Твои мольбы услышаны, - слова отражались как будто их помножили.- Но даже боги не в силах изменить то, что предначертано.

Наступила тишина и никто из присутствующих не хотел её нарушать.

-Нам пора. – решила произнести одна из фигур мужским голосом и склонилась рядом с девушкой. – Мы услышали всё, что нам полагалось и теперь нужно торопиться.

Жрица ничего не ответила, только кивнула головой в знак согласия. Она позволила помочь ей подняться и подвести к фонтану, где уже вокруг него собрались остальные фигуры в капюшонах. Легкое нажатие на одну из облицованных плит, как послышался щелчок механизма и строение фонтана отъехало в строну, открывая проход вниз по лестнице. Не сговариваясь фигура одна за другой вставали на первую ступеньку.