Гадалка - 3. Игра в кошки-мышки

— И по всему выходит, что он в Арилье.

— Но почему он привязался ко мне? — Я растерянно всплеснула руками. — Если у него есть какие-нибудь счеты к тебе, то пусть с тобой и разбирается.

— Он обязательно со мной разберется. — На скулах Себастьяна заиграли желваки. — Но сначала отберет у меня всех, кто мне дорог. То есть тебя, Трикс.

— Опять эта чушь насчет игр? — Я недоверчиво покачала головой. — И ты хочешь, чтобы я поверила?

— Ты права, это не игра, это возмездие. — Себастьян криво ухмыльнулся. — Око за око, зуб за зуб.

Я ожидала продолжения, но его не последовало. Себастьян все так же пристально разглядывал пейзаж за окном, словно забыв про мое присутствие в комнате.

— Я не понимаю, — робко проговорила я. — Получается, ты убил кого-то из близких этого мага?

— Честно? — Себастьян наконец-то соизволил повернуться ко мне. Правда, при этом у него было настолько застывшее лицо, что я невольно попятилась. Почему-то сразу же перехотелось продолжать расспросы. Вряд ли мне понравятся те скелеты, которые хранятся в шкафу у главы Тайной канцелярии.

— Не хочешь — не рассказывай, — поспешила отказаться я. — Я не настаиваю.

— Ну уж нет, теперь слушай. — Себастьян страшно оскалился, будто каждое слово приносило ему нестерпимую боль. — Какая разница, тайной больше или меньше? Ты и без того слишком много знаешь обо мне. Я убил его жену, Трикс. На его же глазах. Как думаешь, это достаточная причина для мести?

Я прижала ладонь ко рту, сдерживая удивленное восклицание, которое так и рвалось наружу.

— Она была целительницей. — Себастьян устало потер лоб. Каждая его фраза камнем падала между нами. — И неплохой целительницей, смею тебя заверить. Она спасала людей даже в тех случаях, когда смерть уже стояла у кровати несчастных, а на их лбах проступала печать Альтиса. Я бы сам не поверил, что такое возможно, если бы не был непосредственным свидетелем ее действий.

Себастьян замолчал. Рассеянно отхлебнул вино и с настоящей мукой посмотрел на меня.

— И что же она натворила? — осмелилась я спросить.

— Это открылось случайно. — Себастьян опустился на краешек постели, поставил почти полный бокал на столик и сгорбился, спрятав лицо в ладонях. Его голос теперь звучал глухо, но отчетливо.