Три подруги и древнее зло

Сейчас сядем, посидим, поговорим…

Не уловить многообещающий подтекст в его словах было невозможно.

– Ди, – проговорила одними губами Ниса, хватая меня за запястье.

Я кивнула, вновь, как и в предыдущий раз, показав три пальца.

– Раз, два…

– …три! – раненным бизоном завыла подруга и швырнула в лобовое стекло уцелевшую бутылку, выхватив её из основательно подранного пакета, как будто перевозила в нем не спиртной напиток, а диких кошек.

Бутылка влетела в стекло, пробив в нем дыру и разлетевшись на части.

Раздался звон и грохот, во все стороны посыпались осколки ветрового стекла, веером разлетелись острые куски бутылки, впереди сидящих щедро окатило ароматным вином. Не успевший сообразить, что произошло водитель ударил по тормозам. Машина вильнула влево, врезалась в дерево, росшее у дороги, и замерла. Под капотом что-то громко лопнуло и наружу повалил подозрительный сизый дым. Оглушительно запищали какие-то датчики, с опозданием и шипением вылетели подушки безопасности.

И пока припечатавшийся бедовой головушкой об консоль Гриша, пренебрегший ремнем безопасности, соображал, что к чему, а водитель после близкого знакомство его носа с рулем собирал обратно лицо в кучку, мы с подругой охая и ахая выбрались из салона и кинулись через дорогу. Потом рванули вниз по улице в обратном от изначального движения машины направлении, потому что мы не просто совершали побег, но и дополняли его обманным маневром. Дело было не только в том, что я всеми силами старалась избежать любой встречи с Максом и его командой тимуровцев, но и в том, что он ошибся.

Вот только сам Макс ни в коем разе не должен был об этом узнать.

Глава 17

Забег продлился недолго.

Домчав до ближайшей подворотни, мы нырнули под арку, пересекли пустынный двор и скрылись за дверью, которая была входом в старый пятиэтажный дом. Весь подъезд целиком выкупила какая-то фирма, жильцы съехали еще три месяца назад и с тех пор квартиры пустовали, благодаря чему у всех, кто был в курсе расселения, появился открытый доступ к выходу на чердак.

Громко топая, мы вбежали в парадную, которая была по старинке просторной и с такими высокими потолками, что замена лампочки здесь наверняка превращалась в целый ритуал.

На нас обрушилось не только эхо собственных шагов, но и плотный запах, который было очень трудно описать, но который всегда быстро появлялся в опустевших домах. Возможно, так пахло одиночество.