Три подруги и древнее зло

А ты знаешь, я, когда голодная, злая!

– Ты всегда голодная, – заметила я, села на стул, покрутилась на нем немного, размышляя, а после решила: – Ладно, поехали. Только сперва надо будет наведаться к одной знакомой.

– Ненавижу, когда ты вот так начинаешь предложения, – проворчала Ниса, со страдальческим вздохом поднимаясь и плетясь к двери.

– Почему? – взбунтовалась я, быстро меняя спортивную обувь обратно на офисные туфли.

– Потому что мне не нравятся твои знакомые!

– Нормальные у меня знакомые! Получше твоих будут, – возмутилась я в узкую, даже слишком узкую для банши, спину.

– Ага, особенно Максик «нормальный», – съязвила подруга, распахивая передо мной дверь. – Столько лет притворялся твоим другом, а в итоге выяснилось, что намерения у него совсем не дружеские. Потому что друзья обычно не пытаются пробраться в твою постель и окопаться там на долговременной основе.

– Максик, – подражая её тону, проговорила я с аналогичной вредностью, – это системная ошибка.

– А-а-а-а?! – с недоумением завыла Ниса. Пробегавший мимо нас Стасик, всей душой стремившийся на встречу с принтером, невольно шатнулся в сторону и чуть не снес этажерку с книгами по криминальной психологии, которые исполняли лишь декорирующую роль. Читать их никто не хотел и даже не планировал. – Какая еще системная ошибка?

– Цепь решений и действий, которые способны привести или уже привели к частичной или полной деградации системы, – отчеканила я, пока шествовала через офис к двери.

Нисе потребовалось некоторое время, чтобы её мозг воспринял и проанализировал услышанное. Возможно, в процессе он пару раз завис и автоматически перезагрузился.

– Мне только одно непонятно, – наконец, заговорила подружка, когда мы садились в только что успешно пойманное такси, – деградировала ты или он?

– Думаю, мы оба в равной степени постарались, – ответила я, предварительно сообщив таксисту нужный адрес.

– Но козел-то он! – запылав праведной яростью выдохнула Ниса спустя минуту напряженного молчания.

– Козел он, – моё согласие было скорее вынужденным, чем добровольным. – А дура – я.

Ниса открыла рот, несколько раз разгневанно выдохнула в попытке что-то сказать, но эмоции были сильнее желания высказаться. Напрягалась она недолго, в итоге поникла и с грустью пробормотала:

– Да кто ж знал-то?

– Может кто-то и знал… Мы как раз сейчас к одной из таких, знающих, и направляемся, – сообщила я тихонько.