Сделка с Драконом

Сложно осознавать, что девушка сейчас на расстоянии вытянутой руки от меня, но в тоже время, совершенно недосягаема. Ненавижу стены. Возможно, стоило схитрить и согласиться на общую комнату. Ксентане это можно было объяснить соблюдением традиций. Конечно, девушка бы возмущалась и противилась, но одно только ее присутствие, один только вид спящей рядом Ксентаны стоил бы всех неудобств. Я усмехнулся своим мыслям. С каждым днем мне все сложнее сдерживать свои мысли и желания. Но спешить было нельзя. Мне нравилось наблюдать, как девушка начинала раскрывать свои желания и чувства, нравилось видеть ее изменения.

Внезапно я услышал резкий вскрик. Голос был испуганным, в нем четко слышалось отчаяние. Но хуже всего было то, что это был крик Ксентаны.

Глава 46

Райлан.

Я ворвался в комнату к девушке. Прошло всего несколько мгновений, но в голове уже промелькнула просто тысяча мыслей. Кто мог проникнуть во дворец и главное, почему я не услышал этого, хотя и находился совсем рядом? Внутри смешались страх за девушку и злость на весь дворец.

Но, к моему облегчению, в комнате никого не было, а девушка просто спала. Впрочем, назвать это сном можно было с натяжкой. Она металась по кровати, словно в бреду, кричала, а из глаз текли слезы.

- Что за крики?! – в дверь заглянули всполошенные слуги и один из стражников.

Видимо, крик Ксентаны услышал не только я. В коридоре появлялось вес больше людей, многие из них по виду только что покинули свои постели. Переполох нарастал и нужно было что-то предпринять, чтобы не разбудить весь дворец. К тому же, мне не хотелось, чтобы вся эта толпа сейчас набросилась на Ксентану. Девушке нужен отдых, а не тысяча любопытных вопросов от сплетниц дворца.

- Все хорошо, - спокойным голосом ответил я. - Моей невесте приснился кошмар. Прошу вас разойтись и не тревожить ее.

Собравшиеся понятливо закивали, хотя кто-то и смотрел на меня недоверчиво. Однако, спорить со мной никто не решился, поэтому вскоре коридор снова опустел. Я подошел к девушке и сел рядом на кровать. Ксентана больше не кричала, но ее сон все еще был беспокойным. Я осторожно положил руку ей на лоб. Жара не было. Это хорошо, значит, дело не в болезни, а правда в дурном сне.