Сердце бабочки

Кэрдан швырнул ей мешочек монет, который забрал из сейфа де Ремисов. Ловко поймав его, хозяйка подбросила на руке и присвистнула. Графские сбережения не просто покрывали обильное гулянье, на них можно было выкупить половину заведения Харетты.

- Ты неизменно щедр, милый.

- Все для тебя, Харетта. Хорошей ночи.

Хозяйка послала убийце воздушный поцелуй. Кэрдан вернулся в особняк де Ремисов вместе с хозяином. Укрыв себя магической пеленой, дотащил графа до спальни супруги. По пути им встретилось несколько слуг, все приветственно кланялись господину, не замечая рядом с ним любовника графини.

Магией Кэрдан поднял щеколду, которую запер изнутри перед уходом, ввел бесчувственного мужчину в комнату и толкнул прямо в лужу крови. Граф, как ни в чем ни бывало, храпел, не чувствуя падения на тело жестоко убитой жены. Для верности Кэрдан вытащил из его кармана мятый платок с фамильным вензелем и бросил на пол. А затем оттащил де Ремиса в его собственную спальню в другом конце коридора.

Швырнув спящего на постель, Кэрдан вышел, подошел к ближайшему открытому окну, перекинулся грифом и полетел на северную окраину города, в свой дом.

Далеко не такой роскошный, как графский особняк, в ремесленном, а не дворянском квартале, зато окруженный высоким непроницаемым забором с двумя калитками на разные улицы.

Гриф с синеватым опереньем влетел в раскрытое окно на первом этаже и обернулся человеком. Первым делом Кэрдан достал из кармана письма из графского сейфа, подбросил в воздух. Бумаги вспыхнули синим пламенем и пеплом осели на пол.

Затем воскликнул:

- Пакота! Ужин и ванну! И отстирай мою одежду от вина и крови.

Послышались шаркающие шаги, в холл вошло странное создание. По форме тела вроде бы женщина, но с такой уродливой внешностью, которую любая жительница королевства Неидов исправила бы любой ценой. А уж так неопрятно одеваться и подавно не стала бы. Приземистая, с гигантскими родимыми пятнами на бурой загрубевшей коже. Жидкие светлые волосы свисали на плечи неаккуратными прядями.

Пустые, мертвые глаза и сухие впалые губы.

- Агась, хозяин, - ответило существо неожиданно бодрым голосом – низким, хриплым и грубым. – Ща усе сделаю, не извольте беспокоицца!

Монструозная служанка покинула холл, а Кэрдан отправился переодеться, размышляя об убийстве графини. Завтра утром – а может, уже ночью, кто-то из слуг обнаружит труп госпожи. И мертвецки пьяного господина, спящего поверх неразобранной постели в сапогах и окровавленной одежде.