Сердце бабочки

Смириться с этим было нелегко. Я даже объявила, что должна покинуть Академию, если у меня нет шансов освоить хоть какую-то магию. Лорд Кэрдан сказал, что решать мне, но он оставляет за мной возможность учиться – хотя бы общеобразовательным предметам. Подумав, я согласилась. Я хотела отношений с мужчиной-книжником, интеллектуальным и образованным. Значит, должна быть его достойна. О чем ему говорить со мной, если отстану от него в развитии? Надо пользоваться возможностью, больше читать, познавать и учиться.

Об этом я и сказала ему, объявляя решение.

Он долго смеялся надо мной, а когда я обиделась, успокоил меня на свой неизменный лад – страстными ласками. Так я вернулась в Академию, памятуя его наставление не выдать свои чувства к нему и наши отношения.

Милорд почти не смотрел в мою сторону на занятиях. Если мы встречались в коридоре, кивал мне с вежливой улыбкой. Но изредка, когда нас точно никто не мог видеть, мимоходом касался или улыбался по-особенному, мог даже коротко шепнуть такое, отчего меня бросало в краску.

А один раз вызвал к себе в кабинет… Я удивилась – все учебные дела мы обсуждали дома. И те, что касались меня, и общие. У милорда не было правила не разговаривать о работе дома – он охотно делился со мной разными особенностями управления Академией. Я решила, возник какой-то срочный вопрос… Можно сказать, не ошиблась.

Стоило мне войти в кабинет, как Кэрдан привлек меня к себе, начал страстно целовать, а потом подхватил на руки и посадил на стол.

- Сейчас начнется мое занятие.

Ты снова сядешь на переднюю скамью. Невыносимо быть так близко к тебе и не иметь возможности прикоснуться. К счастью, у нас есть четверть часа до начала урока.

Я не могла выдавить ни слова: дыхание перехватило, сердце выпрыгивало из груди. Хоть мы и жили под одной крышей уже не первый месяц, да и с ночи семгейна прошло немало времени, каждое его приближение ко мне дурманило и возбуждало. И я видела, что так же дурманили его мои прикосновения, моя близость…

Он не раздел меня и не разоблачился сам – торопливо расшнуровал лиф моего платья, задрал юбку и стащил белье.

Расстегнул пояс брюк, и мы начали ласкать друг друга – скоро, исступленно. Когда он вошел в меня, я почувствовала боль, которой не должно было случиться – слишком горячей и возбужденной я стала за короткие минуты спешной страсти.

Не в первый раз такое бывало, и я не боялась, не отвергала эту боль. Принимала как часть его желания. Я давно поняла, что ему нравилось так, и он применял магию.