Убить нельзя научить. Книги 1 и 2

Вдруг с немыслимой силой захотелось переодеться, но было уже поздно…

Вархар улыбнулся одной из своих самых нахальных и самых сладких улыбок. Теперь на меня смотрела помесь акулы и Чеширского кота. Я нарекла эту улыбку чеширским оскалом. Страшноватое зрелище.

Я попыталась ответить проректору той же монетой – окатила его взглядом с ног до головы.

Не скажу, что Вархар изменил своему фирменному стилю, он просто слегка усилил акценты, как выражаются модельеры.

К черным брюкам на два размера больше прилагалась самая узкая угольная футболка в сеточку, что я видела.

Соски не столько просвечивали, сколько зазывно торчали в дырки.

Я ожидала, что проректор подаст руку, протянет ладонь, хотя бы пригласит.

Вместо этого Вархар схватил меня за талию, поднял и поставил рядом, захлопнув дверь ногой. Не успела возмутиться, замахнуться каблуком, а проректор, как порядочный кавалер, продел мою руку через свой локоть и потащил за собой.

Он даже не маршировал – летел, и половину пути до лифта я пробежала на цыпочках. «Контуженный» платьем Вархар заметил мои трудности далеко не сразу.

Но когда наконец-то обнаружил, благородно сжалился и сбросил скорость. На каждый его шаг по-прежнему приходились три моих, но теперь проректор двигался как брейкер, изображающий робота. Делал шаг, замирал, а когда я догоняла его, делал второй. И, что самое интересное, выглядел Вархар не столько комично, сколько пластично.

Это должно было сразу меня насторожить. Но инстинкт самосохранения временно отпросился в отгул. Перегрелся на пожаре, перенапрягся в ожидании встречи с башней, нахлебался воды на потопе и переутомился в яме.

Без задней мысли доехала я с проректором до двадцатого этажа.

По счастью, лифт был на моей стороне и доставил нас к месту действия за считанные секунды. За это время Вархар успел лишь зажать меня в углу и погладить по ягодице. Его взгляд ужасно хотелось прямо-таки оторвать от груди. Казалось, он пристал к ней как скотч и отлипал только для того, чтобы так же намертво приклеиться к бедрам.

Мы очутились в холле-перекрестке между двумя кафедрами, лифтом и лестницей, как на этаже физиков и биологов.

Вархар лихо крутанулся на пятках и утянул меня в одну из дверей.

В ступоре разглядывала я помещение, залитое синевато-сиреневым светом и наполненное музыкой так, что чудилось, даже воздух завибрировал.

Поджилки, органы и мышцы задрожали как камертон от размашистого удара молоточком. Я оглядывалась широко раскрытыми глазами, а Вархар улыбался чеширским оскалом.