Прибить нельзя любить!

Проводив меня к столу и придержав стул, пока я садилась на выделенное место, Райден отправился к разделочным столам. Там рядом стояла плита каких-то ужасающих размеров, а еще, как выяснилось, вон тот неказистый с виду шкаф с двумя глухими дверцами оказался целым складом готовой еды.

– Стазис? – спросила, с любопытством рассматривая это чудо.

– Нет, заклинания морожения, – удивленно приподняв брови, ответил мужчина, оглянувшись через плечо. – Разве в своих путешествиях вы не встречали подобного?

– Ну, во-первых, я в своих путешествиях нечасто оказывалась на кухнях, где могла бы встретить такое…такой… Вы мне потом обязательно расскажете, как это правильно называется, а во-вторых, там, где мне все же посчастливилось побывать в сердце любого дома, были холодные комнаты.

– Да и на Лордии, насколько мне известно, обычно так делают, но у меня есть свои предпочтения и некоторые особенности работы.

– Это очень предусмотрительно с вашей стороны, – была вынуждена признать, пристально наблюдая за действиями мужчины.

Райден, говоря со мной, достал из шкафа пару тарелок, поставив их на стол, наклонился и что-то шепнул, отчего по кромке тарелок побежали небольшие огненные искры и уже через пару мгновений по кухне поплыл дивный аромат тушеного мяса.

– Так получается, что вы изобретатель? – не могла не спросить.

– Я? – Рейден снова удивленно посмотрел на меня. – С чего вы взяли?

– А разве этот шкаф не ваших рук дело?

– Насколько я знаю, и это подтверждается клеймом на задней внутренней стенке этого шкафа, его сделали на мебельной фабрике мистера Кроумана. Небольшое семейное дело по производству доступной мебели.

– Оу, – прищурившись, внимательнее посмотрела на довольного собой мужчину, он стоял, упершись бедром в стол, и задумчиво потирал подбородок, покрытый недельной щетиной, – Райна не упоминала о вашем чувстве юмора.

– Странно, что Райна вообще что-то обо мне говорила. Даже как-то интересно, что именно.

Усмехнувшись, я с благодарностью приняла тарелку со своей порцией ароматного мяса и подняла взгляд на мужчину.

– Она называла вас милым мальчиком.

Выражение лица взрослого, совершенно не милого мужчины было бесценным.