Цвет крыльев. Черный

К Самаэлю не хотелось приближаться, и сейчас она это действительно ощущала.

– Твои предложения? – незаинтересованно спросил Самаэль.

– Если я перестану быть избежавшей смерти, то не будет и предвестников, а, следовательно, Крис и ты перестанут быть Всадниками, – на одном дыхание выпалила Анжела.

Она готовила эту фразу всю дорогу.

– Нет, – казалось, Самаэль знал, зачем она пришла, и даже не слушал ее.

Холодный, словно лед, голос резал слух.

– Но почему? Разве это не лучший выход? – обескуражено спросила Анжела.

Она не ожидала столь резкого и однозначного ответа.

– Потому, что я дал Дэймону срок, а я не меняю принятых решений. Так будет правильно.

– Для кого правильно?

– Для всех. Ты не представляешь, на что способен Дэймон. Если я заберу тебя это может обернуться катастрофой.

– Но ведь люди пострадают… – Анжела вздохнула.

– Потери, если и будут, то в пределах допустимого, – Самаэль кивнул, давая понять, что разговор окончен.

Он скрестил на груди руки и отвернулся в сторону все с тем же бесстрастным выражением слишком идеального лица.

– Ну что, крошка Беллз? Теперь ты, надеюсь, довольна? – Люцифер ехидно потирал ручки.

– Это вовсе не то, чего я ожидала. Далеко не то… – Анжела сокрушенно покачала головой.

– А ты надеялась на конструктивный диалог? С Первым ангелом Смерти? О, бедная, наивная крошка Беллз. Когда же ты, наконец, запомнишь, что у ангелов Смерти нет чувств, – Люцифер звонко засмеялся.

Анжела покраснела.

Действительно, неужели, она надеялась на ПОНИМАНИЕ со стороны БЕСЧУВСТВЕННОГО Самаэля? Ведь он просто на него неспособен.

С другой стороны, он предан небесам, а им был бы выгоден поступок Анжелы. Но очевидно, что у Самаэля было свое мнение на это, по праву Первого.

– Пойдем обратно, – Анжела вздохнула, – пока, Самаэль.

Ангел промолчал, лишь безучастно кивнул в ответ.

Девушка подумала, что, наверное, не особо приятно, когда последнее, что ты видишь перед собственной смертью – это холодный, словно лед, безразличный ко всему взгляд.

Она не расстроилась отказом, ведь еще утром решила, что если ничего не выйдет – значит, так тому и быть. И если небеса (в лице Самаэля) не желают ее помощи… ну что ж, значит, она им не особо нужна. Все-таки Анжела достаточно любила жизнь, чтобы не настаивать на отказе от нее.

– Ну же, крошка Беллз, выше голову! Неужели ты сможешь расстроиться из-за того, что осталась жива? – уловив ее настроение, с усмешкой заметил Люцифер.