Цвет крыльев. Черный

– И долго ты будешь так сидеть и обижаться на меня? Тебе никто не говорил, что надутые губки и хмурое личико тебя вовсе не красят? Поехали уже скорее, куда ты там собиралась.

– Не поеду я никуда до тех пор, пока ты не выйдешь из моей машины, – Анжела поморщилась и демонстративно скрестила руки на груди.

Ей было неприятно находится рядом с ним.

– Тогда давай поменяемся местами. Знаешь, за все это время я научился неплохо водить, – Люцифер пожал плечами, – в любом случае, куда бы то ни было, ты поедешь сегодня только со мной.

– И кто же это сказал?

– Я, причем только что.

– Кто ты такой, чтобы я тебя слушала?

– Мммм… дай-ка подумать… Князь Тьмы, змей искуситель, первый падший ангел. Знаешь, меня называют по-разному, но Люцифер мне все-таки нравится больше. Как-то поэтичнее, не находишь?

– Очень остроумно, но это не значит, что ты можешь мной командовать.

– А у тебя просто нет выбора. Ты едешь со мной. Только так и не иначе.

– Значит, я вообще никуда не поеду.

– Отлично, мне же лучше! – Люцифер будто и впрямь обрадовался. – Тогда можешь вернуться в дом. Иначе вот-вот выйдет твой отец и крайне удивится, почему это ты сидишь здесь со мной. Будет спрашивать, о чем мы разговаривали, кто я такой. А я не уверен, что тебе это надо.

Анжела промолчала, старательно взвешивая все за и против.

С одной стороны, терпеть этого надменного и наглого типа, того, кто все это затеял, да еще и возможно в последние минуты своей жизни, ей вовсе не светило.

А каждая минута промедления приносит в этот мир боль, страдания и может стоить кому-то жизни. Нет, медлить ей определенно нельзя. Иначе, она вконец растеряет весь свой запал.

Печально вздохнув, Анжела тронулась с места.

– Может, ты все-таки оставишь меня в покое? – уже без надежды спросила она.

Настроен Люцифер был, кажется, решительно.

– А сама-то как думаешь?

Вместо ответа Анжела вздохнула еще раз, вдвойне печальней.

– И почему это я тебе так не нравлюсь? Неужели я такой противный? – зевнув, Люцифер сладко потянулся и закинул руки за голову.

Затем поерзал, устраиваясь поудобнее. Никакого дискомфорта он явно не ощущал, чувствуя себя вольготно, будто у себя дома.

Анжела искоса посмотрела на его кривую ухмылку, но тут же вернулась к дороге. Вопрос она решила оставить без ответа.