Его единственная

И еще порадовало, что тут такой напасти как комаров то ли вовсе нет, то ли ведьмы для них отнюдь не деликатес. Ни один ни разу не подлетел даже.

Мой навигатор не подвел. Карты с путями к желаемому месту он показывал исправно и без помех, в отличие от трансляции жизни в ближайших поселках и городах.

Набрала ягод аж две корзинки — в одну землянику, в другую чернику — и осторожно полетела обратно. Садилась возле избы, невольно приосанившись, желая произвести впечатление, и в то же время почти не дыша. Очень уж опозориться не хотелось на глазах у наблюдающего за моим снижением Дива, да и ягоды рассыпать тоже обидно было бы.

Потекли дни один за другим. Див соорудил во дворе навес, стол со скамьями, печь; обновил крышу; порою он вырывался на охоту, балуя нас свежей дичью. Я постепенно выуживала знания об этом мире из памяти; собирала грибы, ягоды и всякие полезные травки и корешки; занималась заготовками на зиму; училась рыбачить и магичить, вести хозяйство.

Магия оказалась совсем не такой, какой я ее представляла. Ведьминская сила зачастую крылась не в тайных заклинаниях, не в компонентах зелий, а в собственной голове и вере в успех; все прочее служило атрибутами. Простым смертным это было не дано из-за особенностей восприятия окружающего мира. Ведьмы же, как дети, почти не ведали границ своих возможностей. Собственно, как и маги, но их сила крылась в способности брать энергию из окружающей среды.

Так маги воды телепортировали влагу из ближайших источников, а, оказываясь в пустыне, сильно выкладывались, магича; ведь расстояние до их стихии немалое получалось. Маги огня были величайшей редкостью; и теперь я понимала почему. Чаще всего встречались те, кто мог повелевать воздухом и землей, благо их «сырья» везде было в избытке. Див, кстати, — воздушник. Ну и самыми редкими считались универсалы, способные управлять всеми стихиями; но таковых на весь мир насчитывалось не более десятка.

Казалось бы, хорошо что я — именно ведьма; это проще, нежели учиться повелевать энергией стихий. Беда в том, что мне, человеку из рационального техногенного мира, сложно принять что-то на веру без веского и аргументированного обоснования: почему это именно так или этак, а не иначе. Вот и приходилось выворачивать мозг наизнанку. Благо мое первое изобретение существенно облегчало жизнь, подсказывая, вернее, показывая, как то или это делают другие.