Наследие белого дракона

Когда Мора открыла глаза – цветы из инея начали лишь расползаться сильнее, пуская свои стебли с шипами дальше по стене, распахивая голубые лепестки миру и стараясь дотянуться до потолка. Словно в насмешку.

Да, они насмехались. Теперь Мора не видела их чудными. Они – само зло. Даже её дар не слушался её, проклятый и ужасный.

– Нет, – покачала головой девочка, кусая губы. – Нет. Прочь! Прочь!

Она принялась стирать иней со стены, кидаясь на него почти всем своим детским телом, оттирая мороз со стены рукавами изношенного платья.

– Убирайтесь! Чтоб вы сгнили! – ногти впивались в стену, ломались об неё, а платье очень быстро стало мокрым. Теперь рисунок был похож на уродливый холст, который попал в руки несмышленому ребёнку с чашей краски. Лишь части его были стёрты, а в промежутках проглядывались созревшие бутоны. Гадкие, совсем не прекрасные.

– Нужно всё убрать, – шептала девочка, судорожно стирая плоды своего проснувшегося дара и мимолетного мечтания о былом.

Мора стиснула зубы и пыталась дотянуться до цветов на самом верху стены, когда земля под ногами пошатнулась. Где-то снаружи прозвучал такой грохот, что отдался дребезжанием даже в стенах этой камеры, находящейся глубоко в подземельях их дома. На миг всё затихло, а уже в следующую секунду грохот ввернулся, земля начала дрожать, словно готовилась разверзнуться и поглотить в себя Мору за её грех. Стереть с лица Сферы и Мору, и её проклятый дар, и эти холодные цветы.

– Праотец Драххар, – горячо зашептала девочка, цепляясь руками за стены и боясь даже смотреть вниз. Она лишь чувствовала, как земля ходит ходуном, слышала приглушённые крики снаружи, слышала как что-то рушится, но не хотела быть причиной этому. Не хотела умирать, несмотря на то, как тяжело ей было. Она хотела, чтобы мама спасла её. – Пожалуйста, Милостивые Праотец и Праматерь! Я не хочу умирать, не хочу!

Тряска лишь усиливалась, и Мора начала горько плакать, цепляясь за плиты.

– Я не хотела прогневать тебя! – закричала она отчаянно и облизнула губы, прежде чем посмотреть на оставшиеся цветы. Кинулась оттирать последнее и больно ударилась плечом, когда земля вновь пошатнулась. Зашипела сквозь стиснутые зубы и встала, опираясь одной рукой на стену. Стало страшно. Очень и очень страшно.

– Мама! – крикнула девочка, с надеждой смотря на дверь.