Желанная для слепого дракона

Ох, как же у меня на языке вертелся вопрос – как он выбирает дорогу, как ориентируется. Не может слепой, с повязкой на глазах, так уверенно двигаться в пространстве.

По дороге все кланялись и косились на меня. Поэтому, я и не хотела идти с ним. Будто он сам не знает, как легко испортить репутацию, и еще хуже – привлечь ненужное внимание.

Но самое интересное, у него несколько раз спросили – куда он идет с такой красивой девушкой. И он совершенно спокойно отвечал – в библиотеку… Жаль, что он не видел лица этих людей.

Наконец, мы пришли, Алан подвел меня к массивным дверям. Я взялась за ручку, и в это время, его ладонь накрыла мою.

- Не скучай, сказочница, - и, с грустью улыбнувшись, ушел. Странно, но у меня, почему-то защемило внутри от того, как он это сказал, с горечью и глубоко спрятанной болью.

Глава 7

Темный зал был пустынен, но я знала, что за регистрационной стойкой обязательно сидит библиотекарь, маленький Крифик, с длинным носом и сварливым характером.

В наше первое знакомство, он пытался меня выгнать, ворча, что всякие тут ходят и мешают.

С тех пор я уже заглядывала сюда, и он каждый раз смотрел на меня как на умалишенную. Еще бы, девица, простолюдинка, а все туда же, к знаниям тянется.

- Здравствуйте, мэтр, - Мирка подсказала, что он любит такое обращение. – Как ваше здоровье?

- Опять пришла? – Сказал он и бухнул по деревянной стойке томом «Древней и настоящей историей Ларгандии». Знал, что я спрошу эту книгу.

- Спасибо, мэтр, - разулыбалась я, и неожиданно для себя, скорчила потешную мордочку, как у обезьяны.

Крифик проводил меня тяжелым, убийственным взглядом. А я ушла к другой стене, где располагался уютный уголок с диваном, креслами и маленькими столиками у окна.

Когда я впервые увидела в этом мире книгу, то ошарашено уставилась в нее, как баран в плазменный телевизор. В первую минуту мне показалось, что вижу тайнопись китайской службы разведки. Это еще круче их собственных иероглифов.

А как понять такой простой факт, что я с первого слова понимаю их язык? Вот где загадка!

Я просидела до самого вечера, пока последние лучики солнца еще помогали мне читать толстый талмуд. Ждать милости от Крифика не приходилось.