Желанная для слепого дракона

Принцессе весело, ее маленькому двору из трех дам, двух гувернанток и наставника тоже, а мне – страх и осмеяние. За эти несколько дней я поняла, что в мире драконов, человек – букашка.

А когда увидела настоящего дракона – согласилась с этим.

На следующий день меня с ним познакомили. Им оказался двоюродный дядя Лионы, лорд ландр-урт Остен Кириш, почетный драгор войска короля Ильмара… Язык сломаешь. Я так поняла, что драгор – генерал драконова войска, а ландр-урт – что-то вроде помещика, владеющего большими землями.

На обеде было многолюдно. За столом сидело несколько незнакомых мне вельмож, из драконов, возможно, из свиты Кириша.

Принцесса, в серебристом платье с высоким воротом, расписанным узорами, держалась как королева. Высоко поднятая голова и надменный взгляд… За ту неделю, что я служу у нее, меня успела поразить эта маленькая девочка, которой через несколько недель исполнится только девять лет. Она с пол оборота могла превратиться из мелкой девчушки из песочницы в спесивую драконицу королевских кровей, со всеми вытекающими.

- Не та ли девица испугалась меня, - спросил Кириш у принцессы, бросая на меня острые взгляды. Вокруг засмеялись… А что смешного-то?

- Она, дядя, - весело кивнула Лиона.

Кириш, на вид около сорока, высокий, как и все драконы, с плечами – косая сажень, тяжелым лицом, гривой черных волос, не спускал с меня глаз, причем, его взгляд ощупывал, задерживался где не надо, и недвусмысленно, плотоядно намекал на что-то очень для меня нехорошее.

- А кто она тебе, детка? Служанка? Да вроде наряд другой.

- Сказочница, - Лиона наивно растянула губки в улыбке и добавила. – Она – моя, дядя, и на ней браслет Фохра.

Надо было видеть, как с нахального лица драгора сползла ухмылка. Он недовольно поворочал челюстью и опустил взгляд в тарелку. Дядюшка, принадлежащий боковой ветви королевского рода покорился закону Фохра, закону родовой защиты.

Силу этого браслета я уже оценила. Мне его надела сама принцесса, еще в первый день. Тогда я впервые узнала, что восьмилетние дети, иногда, вовсе не дети, а коварные осы с ядовитым жалом. Ее глаза – со вспыхнувшим бликом, от которого у меня захолонуло внутри, пробили электрическим буром. Это был взгляд взрослой, умной женщины.

- Носи его. И не снимай. Ясно? – Последнее слово прозвучало тихо, но емко, два раза повторять не надо.