Весна драконов

— Паладины Первородного приносят клятву никогда не вступать в брак… Но как же… Он… Как же… Я…

Сильвена отложила книгу и уронила голову на ладони. Отчаянье её не знало границ.

«Он же не может… всегда быть один!» — думала она.

А ещё через несколько секунд её посетила новая мысль: «Впрочем… я и не собираюсь заставлять его на мне жениться!»

И, порядком повеселев, она снова взяла в руки фолиант и продолжила читать.

Глава 2

Давену было страшно. Он, лишённый семьи, с самого детства не знавший другого крова, кроме каменных сводов храма, не боялся никогда и ничего — потому что ничего не имел.

Но теперь, когда наставник объявил, что из трёх десятков стражей только двенадцать станут приближёнными к принцессе Сильвене, страх поселился на дне его души и отказывался уходить.

День за днём от рассвета до заката он проводил у водопада, не столько оттачивая своё мастерство, сколько пытаясь изгнать страх. Почему он боится — Давен не знал. Тех, кто не подойдет принцессе, никто не собирался наказывать или убивать. Они получат свободу и со всеми навыками, обретёнными в стенах дворца, отправятся жить свободной жизнью на любом из драконьих островов.

Но Давен не хотел свободной жизни. Час за часом он изматывал себя тренировками, а когда тело ныло так, что становилось трудно соображать, ему чудилось, что там, над восточным флигелем дворца, где располагалась спальня принцессы, мерцала перламутровым светом звезда. Звала. Требовала, чтобы он присягнул ей на верность, и противиться зову Давен не мог.

— Кхай… Фен… Тагой… — упрямо повторял он, как молитву, лишь бы изгнать из головы любые ненужные мысли.

— Кхай… Фен… Тагой… Верность… Служение… Честь…

Но мысли не хотели уходить. Монотонные дорожки и выпады входили в привычку, уже не занимали мозг, и в голове всё настойчивее проскальзывал вопрос: «Интересно… Какая она… эта принцесса?»

Давен с новой силой бросался в бой с невидимым врагом.

«Какое тебе дело? — спрашивал он себя. — Ты рождён, чтобы служить! Не думать, не спрашивать — просто чтобы принадлежать! Ей… одной…»

Клинок сверкал под лучами магических древ, растущих в королевском саду, но враг не хотел отступать.

У Давена не было друзей. Он не любил пустых разговоров, и мальчишеские игры были ему чужды. Когда после тренировки другие будущие стражи гоняли в саду надутый кожаный мяч, Давен возвращался в общую спальню — длинную, на три десятка кроватей, стоящих рядами — и, вконец вымотанный, падал на свою постель. Он долго смотрел в окно, и ему снова чудилась звезда.