Тайна деторождения: практика и теория

- Вот! Я ж говорила!

- Э-э… я яйца с ветчиной пожарила и салат настрогала. Пошли… на кухню. А ты, садовница, заканчивай. И, сильно надеюсь, что это не какой-нибудь сорт белены.

Мой кулинарный «изыск» был сметен его постоянным ценителем очень скоро, вдогонку за быстрым обменом информацией, пока в кухню не влетело дитё. Успели немного:

- Как вы тут? Я утром на нее глянул: без изменений.

- Ага, - зевая, прикрылась я ладошкой. – Блистает. Про ночное – явно не помнит. Остальное – пока в норме.

- Слушай, - замер Ник с куском хлеба у рта.

- Как и я сама. И ты сейчас канцлера Исбурга имеешь в виду?

- Угу.

- Ладно, сводим. И сочетание, действительно, странное. Как… ну…

- Песня и куплет, - усмехнулся Ник. – Будто «песню» мага земли им усилили. Этим новым куплетом неизвестного «автора». И появился совершенно иной смысл.

- Ну, ты и даешь. С чего вдруг, подобные «картины»?

- Не знаю, - скривился мужчина. – Солнцепутьем навеяло.

- Какая? – насторожилась я.

- Отправляют на задание. Но сегодня – я с вами, - быстро добавил Ник.

- А потом?

- А потом… - шумно выдохнул он. – Потом – по обстоятельствам. Начинаю с Тайриля. Там в одном нелегальном игорном доме вчера взрыв был.

- А причем тут ваша комтурия? Игорщиками ведь седьмая занимается?

- А притом, Агата, что пострадала от того взрыва очень важная персона, приближенная к королевскому дворцу до расстояния балдахина.

- Его фаворитка, что ли? – наморщила я лоб. – Госпожа Калантия Лойд?

- Угу. От наших командируют двоих. И мне разрешили присоединиться завтра.

- О, благодарю вас, великодушные прокуратские боги! – вскинула я над столом руки.

- Не богохульствуй, Агата! - вот в этом месте дитё и влетело. – А что это за боги такие?

- Один с клювом, как у грифона, только стальным, а другой – в глухом шлеме с ржавым забралом, - смеясь, пояснил Ник.

- А почему с ржавым? – со знанием дела, протянула Варвара, усаживаясь за стол.

- Да потому что заклиненным намертво. Вот он и тыкает неизвестно куда, выдавая это за справедливость. Хотя, там еще один есть, - глянул мужчина на меня. – Наш с Агатой любимый.

- И самый из этой троицы сомнительный - святой Авось, покровитель прокуратских кадетов. Но, думаю, он и тебе подойдет.

- Почему? – напряглось дитё.

- Потому что, - придала я лицу серьезность. – при твоем рвении к учебе, остается полагаться лишь на удачный случай.