Вторая

Без сожаления вытащила тяжелые нити из покрывала и соорудила из них символическую шорку, которая отгородила кровать от остального пространства, сделав уютный спальный уголок. У покрывала в комплекте были еще два пледа меньшего размера. Откуда она их взяла, история умалчивает. Но в качестве накидки на стул и дорожки на стол они вполне пригодились, создавая подобие уюта. Поход в святая святых завхоза помог обзавестись небольшим огрызком ковровой дорожки, которого хватило, чтобы соорудить небольшой прикроватный коврик.

А еще у Иллии обнаружилось панно из сушеных цветов в рамке, которое очаровательно украсило стену, закрыв собой дырку в обоях.

- Удивительно! – воскликнула Лина, - вы даже себе представить не можете, какое чудо совершили.

Девушка оглядела свое новое жилище с удовлетворением и предложила в честь новоселья выпить чаю. Чайник нашелся в кабинете у Милы, сама Лина побежала в магазин, который был на территории интерната за печеньем, а Иллия пошла к себе переодеться и вымыть руки.

В итоге она появилась у соседки самая последняя. А Луевская решила узнать чуть-чуть больше про эту удивительную женщину у начальницы:

- Милослава Олеговна, а ведь она отнюдь не дура! Или я что-то не понимаю?

- Я тоже в этом уверена. И если у нее и есть какой диагноз, то он скорее для психолога, а не психиатра. Я ей предлагала поспособствовать с выпиской, но Илли отказалась, сославшись, что ей просто некуда пойти.

- А я ведь даже не знаю, чем отличается психиатр от психолога! – смутилась секретарша.

– Хотя мне это, наверное, нужно знать?

- Да ничего сложного, - засмеялась женщина. – Если ты, например, обратишься к психиатру с психологом по поводу бессонницы, то первый выпишет тебе снотворное, а второй предложить посчитать овец. У Илли нет клинического диагноза. Но в ее жизни что-то произошло, что затуманило ее сознание, а она не хочет выныривать из этого беспамятства.

- Значит, я без опаски могу с ней подружиться? – уточнила Луевская.

- Вполне! Она абсолютно адекватна, пока не заходит речь о ее прошлой жизни.

Она считает себя урожденной страны со странным названием Ильбрук и даже говорит на языке этой страны.

- У меня была пятерка по географии, но я про Ильбрук даже не слышала! – округлила от удивления глаза Лина.

- В этом все и дело. Но этот язык реален, как мы с тобой сидящие здесь и не является бреднями воспаленного мозга. Да и ее рассказы точны даже в мелочах. Такое чувство, что это все с ней происходило на самом деле.