Академия артефакторов. Начало

То, что скоро будет Запретная поляна, поняла по резкому уменьшению количества комаров. Эти твари, как будто договорившись с чихуахуа добавлять мне проблем по максимуму, со вкусом смаковали все открытые участки тела. Пользуясь моей беззащитностью. Прихлопывать их я могла только рукой, в которой держала собаку, и возмущённый тявк сопровождал каждый удачный выпад. Но прелесть поляны была в том, что на ней как раз и не было комаров. Это бескомариная зона, за что и была ценима редкими несуеверными посетителями.

Археологи никуда не уехали. Их было слышно уже на подходе к редкому лесу, окружающему поляну. Более того — вопли были до отвращения знакомыми. Именно так орал Костюня, мой однокурсник, когда на практике натыкался на интересный артефакт. И ещё он исполнял... Я вздохнула и выглянула из-за дерева. Точно. «Танец победителя-Костюнчика», движения которого он нагло сплагиатил у самца гориллы. Ни с чем не спутать. Похоже, мечтам о посиделках с умными людьми пришёл конец.

Впрочем, подпрыгивать и орать Костик перестал, когда приметил меня. Удивлённо смерил взглядом ощерившуюся собачонку, огромный рюкзак за спиной и, в последнюю очередь, заглянул мне в лицо.

— Твою ж мать! — отшатнулся старый приятель, — Майбах, это ты, или твой призрак, скончавшийся в муках неподалёку и пришедший мстить за невозвращённые конспекты?

Верхняя губа шевелилась очень плохо, поэтому с ответом я замедлилась. И Костик немедленно выдвинул другую версию.

— А вообще, выглядишь, как пиратская копия Лариски, моей сестры. Собачонку спёрла, губы у косметолога-садиста сделала. А на буфера что — пожадничала бабла? Так эта часть самая выдающейся у неё была.

Я, наконец, смогла разлепить распухшие губы.

— В смысле, «была»? Она что, скончалась?

Костик махнул рукой.

— Да не. Замуж поехала выходить. За ней прямо сюда жених приехал. Они с Лапидарией чего-то не поделили, и та убежала. Не могу сказать, что по ней сильно убивались или объявляли в розыск.

— Там ещё третий был? — не поняла я, что за Лапидария такая.

— Да эта Лапидария, — сказал Костик, ткнув пальцем в собаку, и еле успел отдёрнуть руку — острые маленькие зубки щёлкнули не хуже капкана, — з-зараза... Она жениха этого облаяла. В ухо, под утро. А они только заснули, сама понимаешь... Выкинуть—то он её выкинул из палатки, а потом так и не нашли. И уехали.

Жалостливо посмотрела на скулящую брошенку.