Сотая бусина

Темные волосы Глеба пахли солнцем и, почему-то одуванчиками, а сам он, со своей безмятежностью на лице сейчас напомнил мне ребенка. Я склонилась к нему еще ниже и осторожно поцеловала, сначала в щеку, а потом осмелела и поцеловала уже в его теплые губы.

- Знаешь, я совсем не уверен, что окончательно поправился.

- Так ты не спишь? Ты все слышал! – потрясенно отпрянула я.

Точнее, попыталась это сделать, потому что тут же почувствовала руку мужчины у себя на затылке:

- Анис, я тоже не хочу от тебя уходить, - опять притянул он меня к себе.

- А это ничего, если я совсем не умею целоваться?

- Так даже интереснее. Просто закрой глаза.

- Хорошо…

- А вот эльфы, Глеб, считают, что делать это нужно обязательно с открытыми глазами. Так можно увидеть истинную сущность своего возлюбленного.

- Зеня!!!

- Ну, извините, - нахально дернул хвостом кот и развернулся к ступеням.

- Анис, постой.

- Мне пора, Глеб. Надо… настой процедить…

Зигмунда я нагнала уже у основания лестницы и, бесцеремонно перехватив откормленное на сметане туловище, поволокла в свою избушку.

Кот, как ни странно, не сопротивлялся, покорно болтаясь коромыслом на моей руке. Что бы это значило?

- Ну и? – протянула с вызовом, едва за нами захлопнулась низенькая дверь.

- Что «ну и»? – повторил за мной взъерошенный умник. – Хотя я, пожалуй знаю, что ты имеешь в виду под этой многозначительной фразой - чем меня не устраивает твой некромант?

- Во-первых, он – не мой некромант. А, во-вторых… В общем, да. Чем он тебя не устраивает, раз ты позволяешь себе такую бестактность?

- Ответ кроется в самом вопросе, Стася.

Этим он меня и не устраивает.

- А если яснее?

- Да куда уж… яснее, - пропыхтел кот и, тяжело вздохнул. – Ты хорошо разбираешься в некромантской магии?

- И чем же она отличается от обычной стихийной? – прищурила я на умника глаза. – Может, ты меня… просветишь?

- Да, видимо, придется… Вот ты из чего черпаешь свою силу?

- Из огня. Маги воздуха – из воздуха, земные – из земли и камня, а водные… А, если еще яснее?

- Некроманты, Стася, в отличие от стихийников, «питаются» отрицательными эмоциями: страхом, ненавистью, гневом, болью и тому подобными состояниями.

А чтобы это получалось легче, им приходится подстраиваться под своих «кормильцев». У них и символ – хамелеон. В этом нет ничего плохого, ведь они забирают только негатив, даря взамен душевный покой… Дело здесь в другом.

- И в чем же здесь дело? – плюхнулась я на деревянный диванчик. – Я тебя внимательно слушаю.