Сотая бусина

- затаенная на хозяев злоба, разгильдяйство этих же хозяев и крайне негативная энергия в доме. Ветран, тебе есть, что добавить?

- В общем-то, нет, - уныло покачал тот головой. – Все правильно.

- Ну, раз правильно, то давайте оба начистоту. Зеня, соберись. Как вы думаете, какая-то из причин в нашем доме имеет место быть?

- А как вы думаете, то, что я Грундильду постоянно… дурил в карты, могло ее до такой степени разозлить?

- Обычно, это меня злило, - невесело усмехнулась я.

- А вот наш последний с ней… инцидент?

- Нет, Зигмунд, не думаю.

- А раз в порядке, то тогда какого ахиран… Та-ак, давайте дальше. Ветран, когда домашний дух превращается в «дикого», как он в первую очередь меняется, кроме ночных представлений?

- Ну, мне здесь трудно судить, потому что впервые я так тесно общался с домовым только у вас. А вообще, - нахмурил лоб воин духа. – Я точно знаю, чего боггарт боится. Видимо, это и может быть еще одним явным признаком.

- И чего? – подались мы с котом вперед.

- Он начинает ненавидеть солнечный свет. Потому что солнце для него губительно.

- Все ясно.

- Что тебе ясно, Стася? – испуганно выдохнул умник.

- Да то, что я сегодня же постараюсь этот признак проверить, но, только без вас. И вообще, - как можно зловеще воззрилась я на мужчину. – Ты должен мне пообещать.

- Что именно? – ни капли не проникся тот. – Хотя, я, кажется, догадываюсь.

- Ну, и раз ты такой догадливый, то я жду.

- Нет, Анастэйс. Я не могу пообещать тебе, что не трону Грушу и пальцем. Потому что, если перед тобой или Зигмундом нависнет смертельная с ее стороны угроза…

- Надеюсь, до этого дело не дойдет… Ладно. Тогда пообещай мне, что будешь ждать до самого последнего момента. По крайней мере, если дело коснется меня.

- Анастэйс, маги почти бессильны перед боггартами. Мне повезло лишь оттого, что я, хоть и не священник, но обучен специальному обряду, единственно верному против них.

- Да я тебя тогда вообще в дом не пущу, - применила я свой самый крайний аргумент.

- Хо-ро-шо, - тут же сдался Ветран и даже поднял вверх руки. – Я обещаю, что буду ждать твоего предсмертного крика. Ты довольна?

- В общем, да, - недоверчиво прищурилась я.

- А мне теперь как себя с Грундильдой вести? – запрыгнул передними лапками на мое колено кот.

- Да, как обычно, Зеня. Это же наша Груша. Наша любимая домовиха.