Сотая бусина

– Не мешай Зене, - и за руку потащила беззвучно смеющегося мужчину к парадному входу, а потом вдоль дома - в свою личную «лабораторию», занимающую одно на двоих с банькой приземистое бревенчатое здание в глубине сада. – Глеб, как же хорошо, что тебя сегодня занесла твоя некромантская «нелегкая».

- Я уже понял, - усаживая меня к себе на колени, преувеличенно тяжело вздохнул он и сощурил свои фиалковые глаза. – И давно ты такая разноцветная?

- Это ты сейчас про волосы или синяки? – тут же укусила я его за нос.

- Про волосы, конечно. Следы от лап явно свежие. Кто это: шушель? – бесцеремонно повернул он мою голову в сторону, чтобы получше рассмотреть шею. – Нет, погоди. Ты ведь на пруду была… Неужели, коряжник? Это ж вымирающий подтип. Анис, ты хоть в живых-то его оставила? Не спалила?

- Эх, сударь. Никакой от вас романтики. Вот если б был сейчас на твоем месте благородный рыцарь, так он бы тут же с мечом, как с оглоблей, понесся к пруду и вызвал бы этого деревянного беса на честный бой.

А ты: ты его хоть не спалила? – скривясь, передразнила я Глеба.

- Угу, - весело оскалился мне в ответ некромант. – Был бы сейчас на моем месте благородный рыцарь, так он бы, в первую очередь трижды перекрестился, увидев на голове своей прекрасной дамы такую… экзотику. А я, наоборот, со всей ответственностью заявляю, что ты с этим новым цветом волос и их длиной стала еще соблазнительнее. И глаза твои сейчас светятся уж совсем невыносимо, прямо как два янтаря, если через них смотреть на огонь.

- Так уж и светятся? - смущенно зарделась я. – Ну хорошо. Я тебя прощаю и в знак этого великодушно разрешаю тебе исцелить мою недодушенную вымирающим подтипом шею.

- Тебе заклятие по быстрее или понадежнее?

- Нет, ты точно, не благородный рыцарь… Подумай, есть еще средства - более нежные и приятные… даже для магичек.

- А-а… Извини, Анис, уже исправляюсь, - дошло, наконец, до мужчины…

Вот в этом он весь, мой давний друг – столичный некромант Глеб Анчаров: «Извини, забыл… Не трогай беса (кикимору, упыря и т.

п.). Подумаешь, у него зубы (когти, яд и т.п.). Он ведь сильно редкий. Покусает и сам уйдет». Дай ему волю, он бы всех этих «нечистых» существ в особую книгу записал, и штрафы выправлял за несанкционированные на их персоны посягательства. Мы и познакомились то с ним при почти аналогичных обстоятельствах. Только я тогда была другая, шесть лет назад – совсем юная и дерзкая (дурная на всю голову).