Проклятие за любовь

Нам принесли чай, и Екатерина налила в бокалы. Гордон отпил глоток и снова заговорил, — Чёрт. Но несмотря на предсказание, хотелось бы надеяться, что всё это не понадобится. Потерять такого доктора, как ты Джулиана, было бы очень жалко. На тебя все наши ребята молятся.

Я покраснела, а Екатерина улыбнулась и сказала, — Так значит, вы решили пожениться? Что ж дело хорошее. На свадьбу-то пригласите?

— Конечно, — жарко заверила я её, — Я хотела тебе и Диане предложить, быть моими подружками.

— С удовольствием соглашусь, — ответила мне Катя — вот только, Оливия! От этой дамочки и вправду можно получить проклятие.

— Может вам просто уехать по-тихому? — предложил Гордон.

— Не поможет — сказала Екатерина — проклятие можно и по ветру пустить, догонит. А так хоть будут знать, что за проклятие и чего им ожидать.

— Ну хорошо — вздохнул Гордон — дам задание разведчикам, чтобы по возможности всё подготовили. Ну а сейчас, раз у нас здесь две невесты — предлагаю выпить за то, чтобы ни одно проклятие не коснулось этих прекрасных созданий! Он налил нам с Екатериной вина, а себе и Майклу — коньяк.

Я ахнула и обняла подругу, — Катюша, я так за тебя рада!

— Я тоже за тебя рада, моя хорошая! И пусть ваш сон остаётся только сном. Оставайтесь с нами...

Мы с подругой сидели на диване и говорили о платьях, о причёсках. Мне совсем не хотелось думать о том, что возможно через два месяца я буду вынуждена покинуть своих друзей, родных. Всё то, что меня сейчас окружает и что мне близко и дорого.

Наши мужчины ушли за стол и что-то там вполголоса обсуждали. И Майкл, и Гордон, вооружившись самописцами, строчили что-то в блокноты.

Через час мы покинули гостеприимный дом. Нам предстоял разговор с моими родителями.

Был уже поздний вечер, когда мы приехали к моим родителям. Но они как будто и не удивились, увидев нас с Майклом в такой час. Словно ожидали чего-то подобного. А когда я сказала, что нам нужно поговорить, они только переглянулись и отец пригласил нас пройти в его кабинет.

Я не знала, с чего начать. Мне было страшно, говорить своим родителям, что мне придётся их в скором времени покинуть. Я открывала рот, но не могла вымолвить ни слова. Они застревали у меня в глотке. И тогда я просто расплакалась.

— Ну, моя хорошая, — прижал меня к себе папа, — Перестань плакать, ну ты же у нас сильная девочка. Не плачь родная. Я так понимаю, вы приехали рассказать нам о пророчестве и о том, что вам придётся уйти...