Один шаг

Вещи пристально изучу и верну вашему отцу. Не думайте, леди, —— он одарил собеседницу холодной улыбкой, —— будто ваше инкогнито не раскроют.

Об артефактах Эвиса не жалела, а вот магический жезл отдавать не собиралась.

Вампир проиграл в схватке с человеком, пальцы Ибриса сжали пустоту. Девушка проворно растворила жезл в воздухе и прицельным импульсом разрушила амулет связи. Для шан Ленов она останется просто Эвой.

— Все! —— довольно улыбнулась она взбешенному неспящему. – Украшения дарю, раз они так вам приглянулись.

Ибрис вспыхнул и вскочил, сжав длинные пальцы. Ноздри трепетали от праведного гнева. Девушка решила: нападет, приготовилась к обороне, но неспящий ушел, бормоча под нос проклятия. То ли обиделся, то ли отправился за родственниками, чтобы проучить дерзкую гостью. Эвиса выяснять не стала и открыла портал в спальню Виаленны.

Сердце прыгало в горле. Девушку трясло. Прислонившись к стене, она долго не могла унять дыхания.

Дерзость – палка о двух концах.

Виаленна спала, как и все вампиры, бесшумно. Эвиса осторожно склонилась над ней, чтобы разбудить. Неспящая заворочалась, но глаз не открыла.

— Портал! – Девушка нервничала.

Ибрис наверняка вернется, придется драться.

Виаленна замычала и перевернулась на другой бок.

— Что, не выбраться? – послышался злорадный смешок от двери.

Не успела.

— Давайте в холле, —— Эвиса обреченно выбрала место поединка.

Вампир покачал головой.

— Настроения нет. Говорил же: уходи, пока добрый. С Виаленной, —— он кинул мрачный взгляд на двоюродную сестру, —— после поговорю. Больше она людей водить не станет. На! – Ибрис швырнул на пол отнятые артефакты и украшения. – Я их разрядил.

Не выпуская вампира из поля зрения, девушка опустилась на колени, подобрала вещи и распихала по карманам. В следующий миг ее приподняло над полом и, придав ускорение, швырнуло в портал.

Глава 3. Адептка Высшей школы смерти

Занятные в кабинете дяди часы, почему Эвиса их раньше не замечала? Награда за стеклом тоже заслуживала внимания, и за окном, открытым несмотря на дождливую пору последних августовских дней, происходило нечто интересное. Девушка слышала азартные критики, видела фиолетовые вспышки и жалела, что вынуждена торчать здесь и давать объяснения, в которых никто не нуждался.