Ал'Ваар. Мир, изменивший драконов

- Тьеш, вы меня слышите?!

- Она в энергетическом коконе. Снаружи запиратели, внутри рассеиватели – Пятерка делает все возможное, чтобы вернуть архимагу жизненную Силу. К ней нельзя.

- Предлагаете мне валяться тут на кровати в то время, как моя ардера умирает?! Она из-за меня там!

- Это ее выбор.

- Да очнитесь же вы! Что вы чувствовали, когда вашу пару… - я прикусил язык и ощутимо ударил себя по бедру.

- …убивал Халдрон. Договаривайте, раз уж начали.

- Простите, я не хотел.

- Я сражался за нее до последнего. И теперь я открыто заявляю свои права на жизнь арда Первых! Он – мой!

Тьеш отчаянно рубанул ребром ладони по воздуху. Стул жалобно скрипнул и завалился на бок, криво опираясь на отсеченную на треть ножку.

- Если вам будет легче, идем. Помочь вы Тане – не поможете. Ваша магия заперта. Но быть рядом вам необходимо.

Не говоря больше ни слова, он развернулся на одних пятках и зашагал прочь из комнаты. Мне пришлось сильно постараться не отстать.

Рана сильно тянула, заставляя сгибаться почти пополам. Каждый шаг отдавался болью во всем теле, проникающей, казалось, в каждую клеточку, отчего даже вдох становился дробным и громким.

Я корил себя за слабость. За слабость использовать слабости других в угоду себе. Тьеш был хорошим человеком и сильным магом. Я знал его много лет и дорожил нашей дружбой. Но то, что случилось с его парой, носящей под сердцем ребенка… Да, моей черствости позавидовал бы сам Халдрон, хладнокровно утопивший пару Верховного в водах бухты Хесвайт в то время, как соплеменники Первого поддерживали огненную стену, не давая Тьешу даже малейшего шанса спасти свою женщину и еще не рожденного ребенка.

…Это первое, что сделал ард драконов, вернув Силу – попытался морально уничтожить сильнейшего мага Ал’Ваара, отобрав у него самое дорогое. Вот только Тьеш оказался крепче, хоть и спешно покинул Хесвайт, перебравшись в Зорррх под предлогом спасения моей жизни после полученного ранения.

На самом же деле он бежал от своей беды… поближе к Халдрону. Теперь у Верховного своя война. И она окончится или свершившейся местью, или смертью.

Алн вышагивал впереди, звонко цокая железными накладками на одежде. Резкие, отточенные движения выдавали в нем злость и раздражение, но едва заметные под опущенными рукавами движения пальцев понемногу унимали тревогу и остужали гнев.