Седьмая дочь графа Стера

Только не хватать себя за шею, только не хватать!

— Ммм, пожалуй, локоны идеально подойдут. — Графиня долго колебалась, но решилась-таки причесать дочь по моде. — Крупные. Пустим две-три пряди у лица. Остальные гладко зачешем и сделаем шиньон.

Изабо покорно терпела, старалась не смотреть в зеркало.

Десятки раз за свою короткую жизнь девушка задавала себе вопрос, почему родилась такой. Даже адресовала его Богине, но та осталась глуха. В итоге Изабелла отвернулась от религии, навсегда уверившись, что на небе она тоже никому не нужна.

Но вот преображение завершилось. Матушка с энтузиазмом, горничная — по указке заверяли, что все мужчины графства станут драться за возможность посидеть рядом с Изабеллой. Уважая чужой труд, она согласилась оценить совместные старания. Из зеркала смотрело… существо. Нет, если ограничится только правой стороной, получалась симпатичная, пусть и грустная девушка с пикантной родинкой на шее.

— Я надену маску.

Изабо привычно потянулась к верхнему ящику стола, где хранила сделанную по специальному заказу полумаску. Появляясь в свете, девушка неизменно прибегала к ее услугам.

— Попробуй без нее. — Мать говорила мягко, но Изабелла давно научилась отличать приказы от просьб. — Это не бал.

И очень жаль. На балу так легко ускользнуть! А если устраивали маскарад, Изабо и вовсе чувствовала себя почти нормальной.

Девушка кивнула, не желая спорить с матерью. Действительно, пора привыкать. Или Изабелла решила, будто когда-то перестанет быть уродом?

— Ты очень красивая, помни об этом.

Поцеловав дочь в лоб, Лавиния удалилась. Она сделала все, что могла, постаралась стать любящей матерью.

Изабо неизменно вызывала стыд и вину. Если бы она умерла, остались бы живы Ирэн и Кэрол: седьмой ребенок высасывает чужие души. Лавиния не стала бы рожать так много и часто, но Богиня наделила Уильяма богатым темпераментом и повышенным благородством, не позволявшим так скоро завести любовницу.

Графиня удалилась, а горничная осталась и с деланным энтузиазмом помогла юной госпоже подобрать шляпку и драгоценности. Однако Изабелла видела, как менялось выражение лица женщины, стоило служанке коснуться ее кожи. Зеркало не обманешь, зеркало всегда покажет правду.