Седьмая дочь графа Стера

— И собирать волосы на макушке не позволю. Зачем вы меня позорите, отец? Я не Мери, не Кетрин, это им идет, а мне…

Девушка разрыдалась. Такое случалось с Изабо нечасто, обычно она держала себя в руках, но тут накопилось. Если бы ей позволили вдоволь поплакать у Фландров, истерики бы не случилось.

— Лавиния! — Граф с мольбой обернулся к супруге.

Сколько же проблем от детей! Особенно, если жена умудрилась родить кучу дочерей.

— Я с ней поговорю, отец, — неожиданно вызвался доселе безмолвствовавший Генри.

Уильям не ответил, что в данном случае означало отказ. Генри сам нуждался в наставлениях, он всего на год старше сестры. Еще одна головная боль — думать, куда его пристроить после окончания университета, и подобрать невесту.

Графиня тем временем утешала Изабо. Думая о своем, обнимала, гладила по голове. Ей хотелось, чтобы все скорее закончилось, муж перестал сердиться.

Лавиния не любила Изабеллу. Так уж сложилось. Вначале она боролась с чувствами, уговаривала себя взять младенца на руки, а потом перестала.

— Ну, успокоилась? — Граф снова перевел взгляд на дочь.

— Да, отец.

Отстранив руки матери, Изабо села.

— Простите, я почти не спала, — извинилась она, — переживала. Милорда я встречу улыбкой и постараюсь расположить к себе. И надену другое платье, если вы того желаете.

— Желаю, — кивнул Уильям и с облегчением выдохнул. Изабо достаточно разумна, все поняла. — И запомни следующее, дочь. Не обижайся, но мало найдется охотников взять тебя в жены. Участь старой девы незавидна. Тебе придется мыкаться по семьям братьев и сестер, надеясь на их гостеприимство. Лучше иметь свой дом, мужа, статус.

— Я понимаю, — кивнула девушка и взялась за ложку.

Каша уже остыла, но подогревать ее никто не станет. Ничего, ягоды скрасят досадную мелочь.

— Приятно слышать. Покажи пример сестрам.

— Но, отец, — возмутилась Кетрин, — я старше!

— И глупее, — отрезал Уильям. — Будто мне не докладывают, чем ты занимаешься! Учти, исправлять твои ошибки я не стану, принесешь в подоле, отправишься в монастырь.

Мери и Кетрин дружно покраснели, а Изабелла уверилась, для отца ее брак с Ароном Стаутом — дело решенное.

Дальнейшее превратилось в сущий кошмар.