Чёрная королева: Опасная игра

Она почти не помнит того, что произошло, говорит, восемнадцать лет прошло (можно было бы прислать шейду, чтобы её прочесть), помнит только то, что девчонка сбежала. Но мне удалось забрать у неё одну вещицу, которая принадлежала девчонке, это может быть полезным, если прочитать её память…».

Далее письмо было перечеркнуто, но поскольку половина листа осталась чистой, а Крэд был страшным скрягой, то, вероятнее всего, он оставил его для других пометок.

Крэд разыскивал кого-то для Магнуса? Интересно. Кто эта «девчонка»?

Байса и Магнус не слишком друг друга любили, а значит, Крэд делал это втайне от своего командора, и по старой дружбе.

…поднять всех? Послушай, — Ребекка говорила мягко, обволакивая своим голосом, словно патокой, — представь, что начнется, если весть об этом просочится куда-то за стены этой комнаты? Только ленивый не бросится искать нашу печать. Набегут ашуманские колдуны, из-под полы начнут предлагать подделки, и в этом шуме потеряется любой стоящий след. Понимаешь? Нам ни к чему лишний шум.

— …она права…

— …но как?

— …мы сохраним это в тайне?

На дне сумки лежала шкатулка. Маленькая деревянная шкатулка из тика, украшенная переплетением змей в виде восьмерок. Ашуманский узор. В Ашумане змея — священное животное. И шкатулка эта не простая, с секретом.

Кэтриона повертела её, закрыла глаза, осторожно опустила щиты — мало ли что может быть внутри.

— Как же тебя открыть? — спросила Кэтриона вслух, водя пальцами по гладкой лаковой поверхности.

Сломать нельзя, на то и нужны такие шкатулки, чтобы тайное оставалось тайным. Но она всё равно разгадает её секрет, нужно только время.

Двери открылись.

— Кэтриона? Зайди.

Она бросила шкатулку и бумаги в сумку.

В зале было сумрачно, в открытые окна задувал тёплый ветер с моря, чуть шевеля кисейные занавеси. Кэтриона окинула взглядом комнату. Под куполом зала висела тяжёлая люстра с двенадцатью рожками. На стенах — фрески с изображениями событий из Летописи Ордена, и портреты магистров, взиравшие на всё отрешенно. А за столом хмурые лица, которы смотрели на Кэтриону так, словно это она была виновницей всех навалившихся бед.

Хоть она всего лишь вестница. Гонец.