Наследница долины орлов

Не забывай – кто лучший поставщик породистых лошадок в нашем королевстве.

Кстати, встретил вчера графиню ди Брем. Леди очень интересовалась нашей библиотекой. Я пообещал ей, что ты наверняка будешь дома с одиннадцати до часу дня. Так, что, когда она придет, старайся не так откровенно воротить от нее нос».

Маркиз чертыхнулся и бросил взгляд на большие напольные часы в углу бирюзовой гостиной, где обычно он завтракал. Стрелки часов как раз приближались к одиннадцати.

- Маггери, - крикнул он служанке. Та появилась в дверях через две секунды.

- Слушаю, ваше сиятельство.

- Я ухожу.

- Когда вас ожидать?

Маркиз беспечно пожал плечами.

- Когда-нибудь приду. Днем, вечером, или ближе к ночи.

По лицу немолодой служанки пробежала усмешка, но она ее тут же спрятала.

В холле, не дожидаясь дворецкого, маркиз поспешно накинул новомодный сюртук из темного сукна, подхватил цилиндр – так же новинка сезона, обмотал шею шелковым шарфом. Маггери подала его любимую трость. И маркиз легкой походкой покинул дом.

- Чур меня, - буркнул молодой аристократ, вспоминая графиню ди Брем. При дворе ее называли не иначе, как стервочка, или змеюга. А некоторые совсем уже злые языки – канцлер в юбке. И это слова не так далеки от правды.

Красивая, умная, с достойной родословной, но неимоверно властная, графиня обожала быть в центре дворцовых интриг. А порой и сама не гнушалась их создавать.

По широкому проспекту, который начинался за воротами особняка ди Гилей, проносились дорогие кареты.

Вдоль тротуаров прохаживалась респектабельная публика. Район Серебряная Подкова считался одним из самых престижных в столице. В четверти мили отсюда раскинулась дворцовая площадь с комплексом зданий. Чуть поодаль – Сенат. По другую сторону – Верховный суд.

Маркиз двинулся по тротуару. Мимо него проехал открытый экипаж, сверкая на солнце рессорами, которые обеспечивали комфортную поездку. Две леди на пассажирских сидениях приветливо помахали платочками.

- Какой ужас, - сквозь зубы, но с ослепительной улыбкой на лице, промычал ди Гиль, и приподнял цилиндр, как того требовали правила этикета.

Он помнил, что встречал этих барышень во дворце, но хоть убей – ни их имен, ни родословной, ничего не осталось в голове. Экипаж уже прилично отъехал, а леди все оглядывались и бросали на маркиза пронзительные, многообещающие взгляды.

Еще бы, Эрлай ди Гиль в негласном списке лучших женихов королевства, считался первым. Богат, умен, красив.