Светлая тьма

Они живут себе спокойно и приторговывают с нижними мирами.

- Через Академию, значит? – Айгор сощурил глаза и внимательно посмотрел на Дану.

- Ещё чего, - фыркнула Солярис. - У них есть свои порталы в ряд миров. Я слышала, они где-то в глубинах их подгорного царства.

- Отлично.

Дана всей кожей ощутила, как у Ди Комра в голове полным ходом завертелись шестерёнки. Скорее всего, мысленно он уже разбил здесь базу с отрядами своих подчинённых, тоннами вывозил отсюда драгоценности и артефакты, а порталы цвергов использовал в своих личных целях для расширения влияния.

Несмотря на то, что им было так жарко и классно этой ночью, они всё ещё оставались по разные стороны баррикад. Дана болела за Академию, детишек-студентов, мирное сотрудничество, новые созидательные проекты. То, что они смогли наладить отношения с цвергами и обмениваться опытом – это было действительно здорово.

Айгор, её холёный рассудительный красавец, в первую очередь был заинтересован в получении собственной власти, и Дану это немного удивило, хотя очень вписывалось в его характер.

- Эй, ты же не собираешься доминировать, властвовать и унижать в мире цвергов? - уточнила она.

- Я много чего собираюсь... И не только у цвергов.

- Отлично, просто отлично. Немногословен, как всегда.

Айгор пропустил мимо ушей её слова. Они достаточно долго бродили по рынку, и Солярис развлекалась тем, что осматривала украшения и очаровывала продавцов. Один цверг даже попытался подарить ей серьги, но она помнила про особенную культуру этих жителей: если женщина принимала подарок мужчины, это автоматически означало, что она согласна провести с ним ночь. Очень милая традиция, так что любовниц здесь не оплачивали, а одаривали.

А вот безопасник не был столь осведомлён. Как он умудрился найти на всём рынке единственную продавщицу женского пола, это осталось загадкой. Но Дана только успела моргнуть, как он принял из рук продавщицы, которая внешне ничем не отличалась от мужика, какую-то маленькую золотую штуку, похожую на смесь ножа и зубочистки.

- Стой! - закричала суккуб, подбегая к лавке, но было уже поздно.