Грозовой Сумрак

Я испуганно вздрогнула, когда Габриэль откинул полу плаща, под которой прятал меня во время перехода сквозь годы, но стоило моим глазам привыкнуть к темноте, как я крепко, до боли в судорожно сжатых пальцах, вцепилась в жесткую руку своего спутника.

Окно в Сумерки было так близко, что я могла разглядеть едва заметно светящиеся силуэты в кромешной тьме, что проглядывала из странного разреза — будто бы исполинский нож неровно, небрежно, раскроил небеса, оставив кровоточащую рану в темно-синем своде. Что-то мелькнуло в этом «разрезе», что-то странное, бесформенное — оно подобралось к выходу, протянуло конечность наружу, словно ощупывая воздух над Холмом, и в этот момент ладонь Габриэля легла мне на глаза, не давая рассмотреть то странное, ни на что не похожее существо, что пыталось выбраться из Сумерек.

— Не смотри, Фиорэ. Поверь, этого тебе видеть не следует.

— Что это, Габриэль? — я крепче сжала его руку, которой он прижимал меня к себе, словно не доверяя мою безопасность даже своему законному времени.

— Узнаешь, когда придет время. Пока еще рано. Помнишь правило призраков прошлого?

— Помню. Если ты видишь призраков, они видят тебя.

— Все правильно. Я не хочу, чтобы оно тебя увидело ... и запомнило. Потому что я не всегда буду рядом.

Я застыла в руках Габриэля, напряженно вслушиваясь в тишину — хрупкую, звенящую. Мертвую тишину, которую нарушало лишь странное, еле слышимое позванивание — словно кто-то осторожно проводил точильным камнем вдоль лезвия клинка. Все громче и громче — теперь казалось, что кто-то проводит мечом по стальным доспехам, оставляя отметины.

— Фиорэ, только молчи, — тихий шепот над ухом — и тяжелая ткань плаща вновь укрывает меня с головой.

Габриэль осторожно убирает ладонь от моего лица, и я вижу, что прямо перед моими глазами в плаще прорезана небольшая дырка — как раз такого размера, чтобы я могла рассмотреть потрясающе красивую женщину, стоящую всего в нескольких шагах от нас.

Белая, как свежевыпавший снег, идеально ровная кожа, что мягко сияет перламутром в нездорово-красном лунном свете.

Черные волосы со странным стальным отблеском уложены в высокую прическу, увенчанную небольшой короной с зубцами-лезвиями. Мягкий овал лица, брови вразлет, яркие чувственные губы — женщина, при одном взгляде на которую сердце начинает биться чаще. Она смотрит себе под ноги, хрупкой, изящной рукой приподнимая длинный подол черного платья, ищет что-то среди потемневшего от дождей и холода лиственного ковра.