Часовые Памяти

Женька и Павел изо всех сил удерживали его, говоря, что в Отражения без специальной подготовки лучше не соваться. А директор жалобно голосил, что потребует, чтобы на очередных курсах повышения квалификации музейных работников, ему непременно читали курс астрологии, и прочей эзотерики.

Несмотря на количество выпитого коньяка, проснулся Павел довольно рано. И обнаружил себя сидящим в кресле, заботливо укрытым пледом. Женька мирно спала на диванчике, чему-то улыбаясь во сне.

- Странно, а голова почти не болит после вчерашнего - хмыкнул император, выползая наружу, и собираясь варить кофе.

- Видимо, спонсорский «подарок», и впрямь, был отменного качества. Но теперь, когда хмель слегка рассеялся, вчерашний вопрос встает передо мной еще более резко. КАК мне вести себя с этой странной, близкой и совершенно незнакомой Птичкой? И ЧТО первым делом надо сказать, когда она проснется?

Словно в ответ на его мысли Женька пошевелилась, тряхнула растрепанной головой, и открыла глаза.

- Доброе утро, дорогая, - кинулся к ней Павел, на всякий случай решив, что должен вести себя, как заботливый муж. - Насколько крепким сделать тебе кофе?

Птица удивленно хихикнула и томно произнесла:

- Настолько, насколько крепка твоя любовь ко мне!

- То есть, воды вообще не добавлять? – не без ехидства поинтересовался Павел. – Так пожуешь?

- Да к тебе никак память вернулась? – изумилась Женька, вскакивая с кровати.

- Увы, нет, – пригорюнился император.

– А с чего ты так решила?

- Обычно каждое наше утро так и начиналось. Сначала ты любезно говорил мне комплименты, а потом принимался вредничать. Так, что иногда кофе не долетал до моего клюва.

- Почему же?

- Потому, что мчался обратно тебе в голову.

- Да-а? Удивляюсь, как за … год совместной жизни мы вообще не разгромили бедный музей?

- Вася тоже не перестает удивляться. Кстати, скажу по секрету, с амнезией ты мне нравишься больше.

- Первый раз слышу о том, чтобы полная потеря памяти влияла на мужскую привлекательность!

- Хи-хи! Я, вообще-то, не об этом.

Ты так трогательно обо мне заботишься, будто у нас с тобой самый разгар конфетно-букетного периода.

- А на самом деле?

- Сама не знаю – вздохнула Женька. - Ты, помнится, говорил, что я веду себя то, как романтичная сказочница, то - как бедная Птичка с перебитым крылом, а чаще всего, как боцман в юбке, орущий на бедного юнгу. То есть, на тебя.